Некоммерческие организации как юридические лица (2)

Курсовая работа

Понятие некоммерческих организаций, имеющее собирательный характер и объединившее несколько самостоятельных организационно-правовых форм юридических лиц, было введено в российское законодательство Основами гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик, утв. ВС СССР 31 мая 1991 г. № 2211-1. Для их выделения использовался единственный критерий — основная цель деятельности. Коммерческими признавались организации, преследующие извлечение прибыли, а некоммерческими — не имеющие извлечение прибыли в качестве такой цели (ст. 18).

Вместе с тем им предоставлялось право заниматься предпринимательской деятельностью, если это было необходимо для реализации уставных целей. Некоммерческие организации могли создаваться в качествеобщественных или религиозных организаций; потребительских кооперативов; благотворительных и иных фондов; финансируемых собственником учреждений, а также в других формах, предусмотренных законодательными актами.

Впоследствии этот подход был воспринят ГК, который сохранил деление юридических лиц на коммерческие и некоммерческие, использовав для их разграничения, помимо целей деятельности организаций, еще один критерий — способность к распределению прибыли. Некоммерческими организациями были признаны юридические лица, не имеющие извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности и не распределяющие полученную прибыль между участниками (п. 1 ст. 50 ГК).

При этом законодатель не определил возможные для них цели деятельности, ограничившись лишь указанием на цели их создания, состоящие в достижении общественных благ. Из-за нечеткости этих критериев целесообразность деления юридических лиц на коммерческие и некоммерческие не получила в юридической науке однозначной оценки и имела как сторонников, так и противников.

Несмотря на то, что основная цель некоммерческих организаций не связывалась с извлечением прибыли, им предоставлялась возможность осуществлять предпринимательскую деятельность, нолишь постольку, поскольку это служит достижению целей их создания и соответствует этим целям. Причем в ряде случаев прямо или косвенно распределение получаемой в результате прибыли допускалось (к примеру, п. 5 ст. 116 ГК предусматривал распределение доходов потребительского кооператива между его членами).

Кроме того, п. 2 ст. 24 Федерального закона «О некоммерческих организациях» также наделял некоммерческие организации способностью заниматься иной приносящей доход деятельностью (приобретать иреализовывать ценные бумаги, имущественные права и др.) и устанавливал дополнительное требование — возможность осуществления предпринимательской и иной приносящей доход деятельности должна предусматриваться в учредительных документах организации.

15 стр., 7436 слов

Цели организации и их согласование

... управления, в котором отводится для целей особое место в системе формирования и управления организацией, их широко применяют в планировании деятельности организации. Сегодня, в ходе непростой экономической ситуации, когда жизни многих коммерческих и некоммерческих организаций напрямую зависят от правильности определения миссии и целей организации, ...

В связи со значительными сложностями в разграничении основной и неосновной целей деятельности некоммерческих организаций эти нормативные положения оценивались как позволяющие им принимать активное участие в хозяйственном обороте. В результате сформировалось единодушное мнение, что некоммерческие организации изначально ориентируются на извлечение прибыли и фактически превращаются в организации коммерческие. При этом их положение по сравнению с коммерческими юридическими лицами более благоприятно, поскольку к ним не предъявляются требования, применяемые к профессиональным предпринимателям. По этим причинам обосновывалась необходимость пересмотра критериев отграничения некоммерческих организаций от коммерческих и введения более жестких рамок для их предпринимательской деятельности. Хотя, справедливости ради следует отметить, что достаточные данные для таких суждений отсутствовали. Так, всероссийское обследование некоммерческих организаций, проведенное Центром исследований гражданского общества и некоммерческого сектора НИУ ВШЭ осенью 2012 г., показало, что их доходы от предпринимательской деятельности в общем объеме составили лишь 3,7%. Кроме того, не учитывалось, что международный опыт правового регулирования, напротив, предполагает наличие у некоммерческих организаций того же объема правоспособности, какой обладают и прочие юридические лица, в том числе предоставление им возможности свободно заниматься любой хозяйственной, экономической или коммерческой деятельностью в целях поддержки некоммерческой части своей работы. Только так может быть обеспечена необходимая социально-экономическая польза от их функционирования.

Научные исследования в направлении поиска эффективных способов разграничения основных и неосновных, связанных с получением прибыли, целей деятельности некоммерческих организаций, позволили предложить четыре возможных варианта. Одни ученые придерживались мнения о целесообразности отказа от нормативного указания на основную цель некоммерческих организаций и предоставления им возможности неограниченного осуществления предпринимательской деятельности, но без права на распределение полученной от нее прибыли. Другие авторы высказывали противоположное предложение — установить для некоммерческих юридических лиц полный запрет на ее осуществление, сохранив за ними лишь возможности размещать собственные финансовые средства в кредитных организациях, в ценных бумагах, сдавать в аренду излишнее или неиспользуемое имущество, а также создавать коммерческие организации, возлагая на них ведение предпринимательской деятельности, когда в этом имеется необходимость. Третьи полагали целесообразным сохранить указание на цели некоммерческих юридических лиц в существующем виде, ноустановить четкие рамки для осуществления ими предпринимательской деятельности. В частности, предлагалось для каждой формы некоммерческой организации нормативно закрепить перечень ее допустимых видов; обязать некоммерческие организации указывать в своих уставах те виды предпринимательской деятельности,которыми они не вправе заниматься, либо, наоборот, которые они способны осуществлять; законодательно установить верхний предел доли доходов, при превышении которого некоммерческие организации должны преобразовываться в коммерческие, ориентируясь при всём этом на мировую практику признания некоммерческими только тех организаций, доход которых от предпринимательской деятельности не превышает половины совокупного дохода. Четвертая группа авторов предлагала использовать в качестве средства разграничения некоммерческих и коммерческих юридических лиц не цель их деятельности, а цель создания, как в наибольшей мереотражающую сущность и назначение организации. Особую актуальность эта позиция приобрела в связи с закреплением в действующем законодательстве понятий научной, медицинской, фармацевтической, физкультурно-спортивной и т.п. организаций, которые осуществляют однородную деятельность, но могут иметь любые правовые формы, предусмотренные как для коммерческих, так и некоммерческих юридических лиц.

4 стр., 1614 слов

Юридическое сопровождение деятельности организации

... правовых актов; подготовка ответов на запросы государственных органов (МВД, прокуратура, суды) представление интересов администрации в судах. 1.3 Нормативно-правовые акты регламентирующие деятельность организации ... производственной практики я: ознакомилась с законодательством РФ, регулирующим деятельность организации. ознакомилась с учредительным документом - уставом, утвержденным сельской ...

Еще одной широко обсуждаемой проблемой явилось отсутствие в ГК исчерпывающего перечня организационно-правовых форм некоммерческих организаций. Возможность их создания в формах, предусмотренных не только ГК, но и иными законами, привела ктому, что подсчитать точное число таких форм не представлялось возможным. В Концепции развития гражданского законодательства РФ отмечалось существование более 20 форм, тогда как некоторые авторы обнаруживали, что их более 50. Такая ситуация была связана с несовершенством юридической техники, поскольку из содержанияспециальных законов не всегда однозначно следовало, вводится ли самостоятельная форма юридического лица или лишь закрепляется специфика организации, создаваемой в одной из уже известных форм. Это порождало вопросы при определении правового положения отдельных некоммерческих организаций и характера применимых к ним норм.

Отмеченные проблемы планировалось разрешить при реформировании гражданского законодательства, в рамках которого были существенно изменены нормы ГК о юридических лицах, в том числе некоммерческих организациях. Насколько эффективнее стали новые положения, покажет практика, но некоторые из них обращают на себя особое внимание.

Признаки некоммерческих организаций, как отмечалось весьма спорные, были сохранены законодателем в неизменном виде: их основная цель деятельности не связана с извлечением прибыли, получаемая прибыль между участниками не распределяется. При этом ГК установил, что некоммерческие организации могут осуществлять приносящую доход деятельность, если это предусмотрено их уставами, служит достижению целей, ради которых они созданы и соответствует таким целям. Кроме того, обязательным условием для ее осуществления является наличие у некоммерческой организации (за исключением казенного и частного учреждений) достаточного имущества рыночной стоимостью не менее минимального размера уставного капитала, предусмотренного для обществ с ограниченной ответственностью (п. 4, 5 ст. 50).

По сути, эти новеллы не только не разрешили сопровождавшие деятельность некоммерческих организаций проблемы, а лишь усугубили их и расширили сферу их возникновения.

Поскольку получение дохода (экономических средств от какой-либо деятельности) не исключает извлечение прибыли, представляющей собой разность между доходами и затратами (расходами, издержками) за определенный период, замена законодателем термина «предпринимательская деятельность» словосочетанием «деятельность, приносящая доходы», видимо, призвана подчеркнуть ее эпизодичность и некоммерческий характер осуществляющего ее субъекта. При этом то, что некоммерческие юридические лица не будут заниматься подобной деятельностью систематически, нормативными средствами никак не обеспечивается. Кроме того, такое изменение поставило их в еще более выгодное по сравнению с коммерческими организациями положение. К примеру, теперь при нарушении обязательств, возникающих в рамках приносящей доход деятельности, некоммерческие организации будут отвечать по общим правилам (при наличии вины), так как привлечение к повышенной гражданско-правовой ответственности (независимо от вины должника) связано с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств исключительно при осуществлении предпринимательской деятельности (п. 1,3 ст. 401 ГК).

13 стр., 6499 слов

Правовое регулирование хозяйственной деятельности в Республике Беларусь

... хозяйственных отношений Наибольшее значение для регулирования хозяйственных отношений имеют принципы, закрепленные в Конституции Республики Беларусь. В ст. 13 Конституции Республики Беларусь закреплен принцип свободы и равных условий предпринимательской деятельности. Принцип многообразия, юридического равенства форм ...

Также некоммерческие организации оказались лишены способности участвовать в договорах, возможными субъектами которых признаны лица, осуществляющие определенную предпринимательскую деятельность (ст. 492, 506, 626 и др. ГК).

Вероятно, такое ограничение тоже было целью законодателя. При этом в подобных договорах другая сторона нередко выступает «слабой», что учитывается при регламентации соответствующих отношений. Для нее изменение квалификации договорных связей по формальным основаниям, в связи с осуществлением контрагентом не предпринимательской, а приносящей доход деятельности (и применение, к примеру, общих положений об аренде вместо специальных норм о прокате), повлечет уменьшение объема прав и уровня их охраны. При этом к некоммерческим организациям будут предъявляться сниженные по сравнению с предпринимателями,участвующими в договорах аналогичной правовой направленности, требования. В таких условиях вполне ожидаемым явилось разъяснение Верховного Суда РФ, согласно которому на некоммерческую организацию в части осуществления приносящей доход деятельности распространяются положения законодательства, применимые к лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность (п. 21 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела Iчасти первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Следует также обратить внимание на исключение, предусмотренное для автономной некоммерческой организации. Согласно п. 5 ст. 123.24 ГК она вправе заниматься предпринимательской деятельностью, необходимой для достижения целей, ради которых она создана, и соответствующей этим целям, создавая для ее осуществления хозяйственные общества или участвуя в них. Причины установления такого исключения остаются неясными, во всяком случае, в предложенном варианте, наполняющем понятие «предпринимательская деятельность» особым смыслом. Наиболее вероятно, что законодатель имел целью лишить автономные некоммерческие организации возможности непосредственного осуществления предпринимательской (доходной) деятельности, какую они имели до внесения изменений в ГК в соответствии с п. 2 ст. 10 Федерального закона «О некоммерческих организациях». Об этом свидетельствует тот факт, что в целом все некоммерческие организации наделены правом участвовать в хозяйственных обществах наряду с самостоятельным осуществлением приносящей доход деятельности (п. 2 ст. 24 Федерального закона «О некоммерческих организациях»).

При этом из-за некорректности используемых формулировок можно предположить, что указанные цели достигнуты не будут, так как при отсутствии прямых запретов к автономным некоммерческим организациям, занимающимся «предпринимательской» деятельностью установленным способом, применимы и общие нормы, в том числе предоставляющие некоммерческим организациям возможность самостоятельного осуществления деятельности, приносящей доход.

4 стр., 1928 слов

Правовой статус некоммерческих организаций (2)

... формы некоммерческих организаций // Приоритетные научные направления: от теории к практике. - 2015. - № 20-2. - С. 159-166 57. Марсунова Е.В. Особенности законодательного регулирования гражданско-правового статуса некоммерческих организаций как юридических ... надзоре за деятельностью некоммерческих организаций» от 11.07.2012 ... вопросы правового регулирования некоммерческих организаций как ...

Весьма вероятны проблемы, связанные с введением нормативного требования включать сведения об осуществлении приносящей доход деятельности в устав некоммерческой организации. Поскольку критерии, позволяющие оценить соответствие указываемой в уставе доходной деятельности основным целям некоммерческой организации, нормативного закрепления не нашли, можно ожидать возникновение споров не только в процессе деятельности, но и при создании некоммерческой организации. Сомнения относительно соответствия предусмотренных в уставе видов доходной деятельности целям создания юридического лица могут привести к отказу в его государственной регистрации в связи с противоречием учредительных документов законодательству (подп. 1 п. 1 ст. 23.1 Федерального закона «О некоммерческих организациях»), который будет обжаловаться. Кроме того, предусмотреть в уставе виды доходной деятельности с той степенью конкретизации, какая заведомо исключила бы разночтения в процессе их осуществления, вряд ли возможно. А потому спорные ситуации будут сохраняться и в процессе функционирования некоммерческой организации.

Еще одной ожидаемой новеллой стало сокращение числа возможных организационно-правовых форм некоммерческих юридических лиц и закрепление их исчерпывающего перечня в ГК. Решение этой задачи было связано со значительными сложностями из-за отсутствия в цивилистической доктрине четкого понимания сущности некоммерческих организаций и той основы, которая могла бы стать отправной точкой для конструирования их системы, выделения их конкретных организационно-правовых форм. Ситуация усугублялась различиями в понимании сути организационно-правовых форм юридических лиц в целом и критериев их выделения. Как следствие, позиции относительно подлежащих сохранению форм некоммерческих организаций неоднократно менялись. Изначально планировалось предусмотреть пять форм: потребительские кооперативы, общественные организации, ассоциации и союзы, фонды и учреждения. В дальнейшем их круг постепенно расширялся. В конечном счете в ГК было закреплено 11 организационно-правовых форм некоммерческих юридических лиц: потребительские кооперативы; общественные организации; ассоциации (союзы); товарищества собственников недвижимости; казачьи общества, внесенные в государственный реестр казачьих обществ в РФ; общины коренных малочисленных народов РФ; фонды; учреждения; автономные некоммерческие организации; религиозные организации; публично-правовые компании. При этом определена судьба тех некоммерческих организаций, формы которых не нашли закрепление в ГК, а именно установлено к каким из поименованных форм их следует относить. Так, общества взаимного страхования признаны потребительскими кооперативами; общественные движения, органы общественной самодеятельности, территориальные общественные самоуправления — общественными организациями; некоммерческие партнерства, саморегулируемые организации, объединения работодателей, объединения профессиональных союзов, кооперативов и общественных организаций, торгово-промышленные, нотариальные и адвокатские палаты — ассоциациями (союзами); товарищества собственников жилья — товариществами собственников недвижимости; общественные и благотворительные фонды — фондами и др. В дальнейшем положения ГК были дополнены, и в качестве самостоятельных правовых форм некоммерческих юридических лиц выделены общественные движения, адвокатские палаты и адвокатские образования.

12 стр., 5589 слов

Организационно-правовые формы некоммерческих организаций

... лиц на коммерческие и некоммерческие позволяет выявить все разновидности юридических лиц, определить (выделить) правовой статус конкретных их групп и провести разграничение организаций с неодинаковыми типами правосубъектности, предусмотреть их организационно-правовые формы ... должны выполняться, и выполняются некоммерческими организациями. При написании работы были применены формально-юридический, ...

Кроме того, в соответствии с общей направленностью систематизации норм о юридических лицах законодатель ввел разграничение некоммерческих организации на корпоративные и унитарные; установил единые для всех корпораций положения; определил понятие некоммерческих корпоративных организаций и закрепил некоторые общие для них правила. Также предусмотрены нормы, отражающиеособенности статуса некоммерческих юридических лиц отдельных организационно-правовых форм. При этом подчеркнуто, что к отношениям по осуществлению некоммерческими организациями своей основной деятельности, а также к другим отношениям с их участием, не относящимся к предмету гражданского законодательства, правила ГК не применяются, если законом или уставом организации не предусмотрено иное (п. 6 ст. 50 ГК).

Тем самым законодатель констатировал, что статус юридического лица затрагивает лишь отдельные аспекты деятельности некоммерческих организаций.

Эти изменения призваны сыграть позитивную роль, так как позволяют унифицировать и упорядочить правовую регламентацию некоммерческих организаций. При этом анализ новых нормативных подходов в целом и конкретных положений, касающихся некоммерческих юридических лиц отдельных форм, вызывает определенные сомнения в том, что все они достаточно обоснованы и будут эффективно применяться на практике.

Законодательное закрепление универсального понятия корпоративной организации и установление для всех корпораций общих норм, исходит из единой сущности таких организаций вне зависимости от целей их создания, а также из единства природы и содержания корпоративных отношений. Между тем правовая природа и особенности содержания этих отношений, исследуемые в науке в преломлении к коммерческим организациям, имеют спорный характер, а применительно к некоммерческим организациям в достаточной степени вообще не анализировались. О том, что четкого понимания природы участия (членства) и особенностей его реализации в рамках некоммерческих организаций не было и у разработчиков новелл ГК, свидетельствует, к примеру, тот факт, что изначально религиозные организации предполагалось признать разновидностью организаций общественных, то есть констатировалось их корпоративное устройство, но в дальнейшем эта позиция изменилась на противоположную, вследствие чего религиозные организации были отнесены к категории унитарных организаций.

Что касается общих корпоративных (членских) прав и обязанностей, предусмотренных ст. 65.2 ГК, то они не могут в полном объеме принадлежать членам некоммерческих корпораций всех форм. К примеру, общественные организации как субъекты конституционных отношений способны функционировать, на обладая правами юридического лица. При этом в их основе лежат принципы добровольности и свободы объединения лиц, сохраняющие свое действие и в случае приобретения общественной организацией статуса юридического лица. В результате исключается возложение на объединившихся субъектов ряда обязанностей (участвовать в принятии корпоративных решений, не совершать действия (бездействие), которые существенно затрудняют или делают невозможным достижение целей, ради которых создана корпорация и др.).

3 стр., 1293 слов

Права юридических лиц при проведении государственного контроля предприятий

... юридического лица при проведении проверок; раскрыть проблемы и пути совершенствования законодательства о защите прав юридических лиц при проведении проверок; выявить типичные нарушения при проведении проверки. Предметом исследования выступают права юридических лиц при проведении государственного ...

Кроме того, достаточно сложно определить, в каких случаях лицо осуществляет свои права как участник общественного объединения, а в каких — как участник корпорации (например, при участии в работе общего собрания или получении информации о деятельности организации).

Соответственно, неизбежным будет возникновение вопросов относительно характера нормативной регламентации и охраны отношений, складывающихся при осуществлении отдельных прав и обязанностей. По этим причинам отчасти справедливы мнения, что новые подходы лишь усложнили систему законодательства о юридических лицах в связи с наличием изъятий из общих правил о корпорациях, а также фактической неприменимостью ряда этих правил к некоммерческим организациям. Весьма проблемным является и перечень организационно-правовых форм некоммерческих организаций, предложенный ГК. Особенно с учетом того, что посвященные им нормы не всегда закрепляют их существенные структурные и иные цивилистические особенности.

Кроме того, для многих норм характерна лаконичность, в связи с чем они будут неизбежно конкретизироваться и развиваться на уровне специальных законов применительно к отдельным видам (подвидам) организаций, в том числе с учетом сферы их деятельности. От ранее существовавшей такая ситуация будет отличаться появлением не новых правовых форм, а в их рамках новых видов (подвидов) некоммерческих организаций со спецификой в правовом статусе. В связи с этим более логичным было бы установление для некоммерческих организаций всего двух возможных организационно-правовых форм: одной для корпоративных юридических лиц, другой — для унитарных. К примеру, как в Голландии, где неправительственные некоммерческие организации создаются только в качестве общества и фонда, или во Франции и Польше, законодательство которых также предусматривает для них лишь две возможные формы — ассоциация (объединение) и фонд.

Недостатки закрепленной в ГК системы форм некоммерческих организаций уже начали выявляться на практике. В связи с этим их изначально предусмотренный перечень дополнен тремя формами, и тенденция к его дальнейшему расширению очевидна. В частности, в Государственную Думу ФС РФ внесен законопроект № 711634-6, предусматривающий признание товарищества собственников жилья самостоятельной организационно-правовой формой некоммерческих юридических лиц. По мнению его разработчиков, включение товариществ собственников жилья в состав организационно-правовой формы товариществ собственников недвижимости кроме неудобств никаких содержательных улучшений регулирования создания и деятельности объединений собственников помещений в многоквартирном доме не несет. Кроме того, сформулированные в ГК нормы входят в противоречие с положениями ЖК РФ и других специальных актов, что способно вызвать неоднозначную правоприменительную практику, порождает много вопросов и приводит к правовому вакууму из-за неурегулированности отдельных отношений с участием товариществ собственников недвижимости.

Можно предположить, что практика выявит и другие проблемы, поскольку отнесение действующих некоммерческих организаций к закрепленным в ГК формам было во многом произведено искусственно, без учета объективных принципов, лежащих в их основе. Примером могут быть организационно-правовые формы некоммерческих юридических лиц, предложенные ГК для общественных объединений. Такие объединения, создаваемые на основании сост. 30 Конституции РФ, могу иметь семь возможных форм. Три из них основаны на членстве — общественная организация, политическая партия, союз (ассоциация) общественных объединений. Остальные, в числе которых общественный фонд, общественное учреждение, общественное движение, орган общественной самодеятельности, членства не имеют и характеризуются унитарным внутренним устройством (ст. 7—13 Федерального закона от 19 мая 1995 г. № 82-ФЗ «Об общественныхобъединениях»).

13 стр., 6450 слов

Юридические лица как субъекты хозяйственных правоотношений

... их деятельности. Целью данного исследования является изучение юридических лиц как субъектов хозяйственных правоотношений. Постановка данной цели предполагает необходимость решения ... юридического лица и физических лиц, его составляющих, прав и обязанностей юридического лица правам и обязанностям его членов. Палата лордов по конкретному делу признала правомерность различных договорных отношений ...

И если в случае государственной регистрации и приобретения ими прав юридического лица общественные фонд и учреждение будут получать правовое оформление в виде унитарных юридических лиц (соответственно фонда и учреждения), то для также не основанных на членстве общественного движения и органа общественной самодеятельности предлагается гражданско-правовое оформление только в качестве юридического лица корпоративного типа (общественного движения и общественной организации соответственно).

Как следствие, участники таких общественных формирований, которыми признаются лица, выражающие поддержку их целям или их конкретным акциям, должны будут фиксироваться, признаваться участниками корпорации и наделяться соответствующими правами и обязанностями. В результате, например, общественные движения лишатся своих основных конституционных признаков, обеспечивающих массовость объединения. Тем самым общественному движению и органу общественной самодеятельности, которые способны участвовать в конституционных правоотношениях и без образования юридического лица, при приобретении соответствующего статуса фактически навязывается не свойственная им организационно-правовая форма. То, что это лишь форма юридического лица, призванная отразить гражданско-правовые аспекты деятельности общественного объединения, не может служить достаточным оправданием. Приобретение уже действующим объединением правюридического лица повлечет изменения в его организационном устройстве (структуре органов управления, содержании правоотношений с участниками и пр.), а в результате окажет влияние и на его статус как субъекта конституционных и иных отношений.

ГК сохранил в качестве самостоятельных организационно-правовые формы юридических лиц, не имеющие достаточных для этого признаков. Прежде всего, это касается казачьих обществ (ст. 123.15 ГК) и общин коренных малочисленных народов (ст. 123.16 ГК).

Причем законодателем были заимствованы определения соответствующих организаций, содержащиеся в нормативных актах иной отраслевой принадлежности и направленности, используемые для их обозначения не как субъектов имущественного оборота, а в совершенно иных ипостасях. В результате нормы ГК не только не закрепили цивилистические особенности соответствующих форм, но и оказались абсолютно бессмысленными.

Так, согласно п. 1 ст. 123.15 ГК казачьи общества, внесенные в государственный реестр казачьих обществ в РФ, представляют собойобъединения граждан, созданные в целях сохранения традиционных образа жизни, хозяйствования и культуры российского казачества, а также в иных целях, предусмотренных Федеральным законом от 5 декабря 2005 г. № 154-ФЗ «О государственной службе российского казачества», добровольно принявших на себя в порядке, установленном законом, обязательства по несению государственной или иной службы. Из этого определения следуют три признака казачьих обществ: они представляют собой объединения тех граждан, которые в добровольном порядке приняли обязательства публичного характера; создаются только в определенных, нормативно закрепленных целях; внесены в государственный реестр казачьих обществ в РФ. Ни один из них не характеризует казачье общество как самостоятельную форму юридического лица. Все они касаются особенностей, присущих ему как общественному образованию, способному выполнять публично значимые функции в связи с несением его членами государственной и иной службы. Кроме того, прямо предусматривается, что положения ГК о некоммерческих организациях применяются к казачьим обществам, внесенным в государственный реестр казачьих обществ в РФ, постольку, поскольку иное не установлено Федеральным законом «О государственной службе российского казачества» (п. 3 ст. 123.15 ГК).

5 стр., 2372 слов

Граждане (физические лица) как субъекты гражданского права

... рассмотрения современного российского законодательства. В своей курсовой работе я рассмотрю граждан (физических лиц) как субъектов гражданского права. С введением в 1994 г. Нового гражданского кодекса РФ, их права и обязанности существенно изменились, по сравнению ...

При этом согласно ст. 1 данного документа он определяет правовую и организационную основы несения российским казачеством государственной службы и не распространяется на его деятельность, не связанную с такой службой. Тем самым закон, положения которого признаны приоритетными по сравнению с нормами ГК, в принципе не может регламентировать гражданско-правовой статус казачьего общества и устанавливать специфику возникающих в нем корпоративных отношений. Это остается прерогативой ГК.

Система казачьих обществ имеет вертикально закрепленную структуру, состоящую из нескольких уровней и включающую хуторские, станичные, городские; районные (юртовые); окружные (отделы; кие); войсковые; всероссийские казачьи общества. Члены обществ всех уровней могут в установленном порядке принимать на себя обязательства по несению государственной или иной службы. При определенной фиксированной численности таких членовказачьи общества подлежат внесению в государственный реестр казачьих обществ РФ, который ведется Министерством юстиции РФ и представляет собой информационный ресурс, содержащий сведения о казачьих обществах. Анализ правил ведения этого реестра свидетельствует, что для включения в него данных необходимо наличие совокупности последовательно возникающих условий: регистрация казачьего общества в качестве юридического лица; добровольное принятие определенным числом его членов обязательств по несению службы; отражение этих обязательств в уставе казачьего общества по согласованию с заинтересованными федеральными органами исполнительной власти и (или) их территориальными органами, органами исполнительной власти субъектов РФ и органами местного самоуправления.

Поскольку из содержания ст. 123.15 ГК следует, что участником гражданских правоотношений может быть только то казачье общество, которое уже включено в реестр казачьих обществ, возникает вопрос о правовом статусе и организационной форме общественного образования, создаваемого для возрождения российского казачества и т.п. целей, которое приобретает права юридического лица. Исходя из буквального толкования ст. 123.15 ГК такое общественное образование не может иметь форму казачьего общества, поскольку еще не включено в реестр. Вместе с тем положения специальных актов, регламентирующие вопросы создания и деятельности казачьих образований, исключают даже на первоначальном этапе их существование в иной форме, нежели казачье общество.

При определении формы религиозной организации был воспринят подход, отраженный в Федеральном законе от 6 сентября 1997 г. №125-ФЗ «О свободе совести и религиозных объединениях», где термин «религиозная организация» используется как обобщающий, обозначающий не организационно-правовую форму юридического лица, а несколько организаций различной правовой природы и структуры, действующих в особой сфере, а потому обладающих некоторым сходными признаками. Признаки эти имеют внешний характер и обусловлены той областью, где организации функционируют, их социальным предназначением и специфическими целями. Тем не менее ГК признал религиозной организацией добровольное объединение постоянно и на законных основаниях проживающих на территории РФ граждан РФ или иных лиц, образованное ими в целях совместного исповедания и распространения веры и зарегистрированное в установленном законом порядке в качестве юридического лица (местная религиозная организация), объединение этих организаций (централизованная религиозная организация), а также созданную указанным объединением в целях совместного исповедания и распространения веры организацию и (или) руководящий или координирующий орган (п. 1 ст. 123.26 ГК).

При этом остается неясной логика законодателя, предложившего для всех организаций в религиозной сфере одну правовую форму, но установившего необходимость различного правового оформления общественных объединений, несмотря на единство их конституционных основ и принципов. В частности, объединение местных религиозных организаций также признается религиозной организацией, а объединение общественных организаций — ассоциацией (союзом).

Некоторые некоммерческие юридические лица, ранее созданные в формах, предусмотренных не ГК, а другими законами, вообще остались вне правового поля. Вопрос о том, какой должна быть их обновленная организационно-правовая форма, остается открытым. Законодателем это прямо не указано, а анализ содержания норм ГКсвидетельствует, что ни одна из предложенных им не является приемлемой. Примером могут быть государственно-общественные и общественно-государственные объединения, представляющие собой специфические формирования, создаваемые по инициативе граждан и (или) государства. Их деятельность, осуществляемая при непосредственном участии и под контролем государства, способствует решению масштабных общественных вопросов государственного значения (патриотическое и военно-патриотическое воспитание граждан; участие в подготовке граждан к военной службе и т.п.).

Каждая из подобных организаций, по сути, обладает индивидуальным статусом, имея особенности в составе учредителей и участников, структуре и компетенции органов управления, источниках формирования имущества и др. В определенной мере они могут наделяться публичными функциями. Такими образованиями являются Общероссийская общественно-государственная организация «Добровольное общество содействия армии, авиации и флоту России»; Общественно-государственное объединение «Российский национальный комитет по тихоокеанскому экономическому сотрудничеству»; Общественно-государственное физкультурно-спортивное объединение «Юность

России». Изначально предполагалось, что будут приняты законы об общественных объединениях с участием государства, а до этого времени их создание и деятельность регулируются нормативными актами органов государственной власти (ст. 51 Федерального закона «Об общественных объединениях»).

Это положение послужило основанием для формирования в судебной практике позиции, что создание и деятельность государственно-общественных и общественно-государственных объединений, состав и компетенция их органов управления общими нормами ГК не регламентируются.

Анализ норм ГК, посвященных отдельным организационно-правовым формам юридических лиц, свидетельствует, что законодателем не были разрешены и многие частные проблемы, регулярно возникавшие спорные вопросы. В одних случаях причиной выступает лаконичность включенных в ГК положений, в других, напротив, излишняя регламентация с использованием преимущественно императивных норм, не допускающих каких-либо исключений. Существующие реалии, свидетельствующие о фактическом наличии таких исключений и высокой вероятности сохранения их в дальнейшем, учтены не были. Соответственно, изначально провозглашенная цель реформирования гражданского законодательства о некоммерческих организациях — повысить роль ГК в их правовом регулировании — заведомо не будет достигнута.

Об обоснованности таких суждений свидетельствует анализ норм, регламентирующих статус фондов, в частности предусматривающих запрет на реорганизацию фондов (единственное исключение — негосударственные пенсионные фонды), невозможность привлечения фонда и его учредителей к ответственности по обязательствам друг друга; устанавливающих, что наряду с органами управления в фонде создается надзорный орган — попечительский совет; допускающих ликвидацию фонда только на основании решения суда при наличии определенных условий и др. (ст. 123.17—123.20 ГК).

Хотя ГК предусматривает возможность учреждения фондов гражданами и (или) юридическими лицами на основе добровольных имущественных взносов, фактически эта форма широко используется публично-правовыми образованиям. При этом каждый из создаваемых, в частности Российской Федерацией, фондов имеет особый статус, в связи с применением к ним специальных правил, которые расходятся с положениями ГК. При этом исходя из целей создания этих фондов и выполняемых ими функций, с учетом того, что их материальная основа формируется в значительной мере за счет получаемого от государства имущества, можно предположить, что вряд ли эти специальные нормы будут изменяться и приводиться в соответствие с ГК. Примерами могут быть Российский научный фонд и Фонд перспективных исследований, которые созданы на основании специальных законов и не имеют учредительных документов. В частности, допускается возможность принятия этими фондами и их учредителем ответственности по обязательствам друг друга; они имеют особую структуру органов управления, причем их высшим органом является попечительский совет, члены которого назначаются Президентом РФ; предусматривается возможности их реорганизации и ликвидации на основании специально принимаемого закона. В определенной степени это касается и созданных государством автономных некоммерческих организаций, статус которых значительно отличается от предлагаемого ГК.

Внимания заслуживает судьба некоммерческих организаций, функционирующих в качестве государственной корпорации и государственной компании. Изначально планировалось от этих форм отказаться. Поскольку каждая государственная корпорация имеет не только собственные цели создания и функции, но и характеризуется особым порядком формирования органов, использованием специальных источников приобретения имущества и пр., сложилось мнение, что фактически государственная корпорация является не организационно-правовой формой юридического лица в смысле ГК и гражданского права, а специальным способом создания субъектов права, уникальных по своему частноправовому и публично-правовому статусу. Та же идея нашла воплощение в Плане-графике мероприятий по преобразованию и ликвидации государственных корпорации и государственной компании «Автодор», утвержденном Председателем Правительства РФ 29 декабря 2010 года № 6793п-П13, в соответствии с которым государственные корпорации до 2015 года должны были прекратить существование путем ликвидации или реорганизации.

В дальнейшем эта позиция изменилась, и обновленные нормы ГК предусматривают введение специальной организационно-правовой формы — публично-правовой компании. Нормы, устанавливающие особенности статуса подобных организаций, порядок их создания, деятельности и прекращения, в ГК отсутствуют. Ожидается, что соответствующие правила найдут закрепление в федеральном законе «О публично-правовых компаниях в Российской Федерации». По сути, такая унифицированная форма, предназначенная для использования исключительно государством в целях создания унитарных некоммерческих юридических лиц, учреждаемых на основании федерального закона или решения Правительства РФ, объединит формы государственной корпорации и государственной компании. Ее, в частности, получат государственные корпорации «Банк развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк)» и «Агентство по страхованию вкладов».

Выделение подобной формы в качестве самостоятельной обусловлено тем, что имеющие ее организации сочетают признаки некоммерческого юридического лица с публично-правовыми элементами,выполняя определенные функции, в том числе основанные на властных полномочиях (распорядительные, регулирующие, контрольные и др.).

Такое сочетание повышает эффективность деятельности организаций и способствует удовлетворению лежащих в основе их создания публичных интересов. И хотя данная конструкция в полной мере не укладывается в традиционное цивилистическое понимание юридического лица, ее выделение позволит исключить дальнейшие дискуссии о необходимости закрепления в отечественном законодательстве категории юридических лиц публичного права.

Некоммерческие организации, как и юридические лица в целом, разграничиваются на корпоративные и унитарные. Учредители (участники) корпоративных организаций обладают правом участия (членства) в них и формируют их высший орган в соответствии с п. 1 ст. 65.3 ГК. Они наделяются общими корпоративными (членскими) правами и обязанностями, предусмотренными ст. 65.2 ГК. Унитарными признаются юридические лица, учредители которых не становятся их участниками и не приобретают в них прав членства. Хотя ГК и не содержит общих положений об унитарных организациях, права и обязанности их учредителей, независимо от формы юридического лица, имеют определенное сходство, связанное с особенностями структуры таких организаций. Вместе с тем направления деятельности юридического лица могут предопределять особое правовое положение его участников (учредителей), обусловленное не только внутренним устройством организации, но и иными факторами. Прежде всего, это касается некоммерческих организаций, имеющих разнообразные цели и использующих неодинаковые средства для их достижения.

Члены потребительского кооператива — добровольного объединения лиц в целях удовлетворения их материальных и иных потребностей, осуществляемого путем объединения имущественных паевых взносов — обладают общими корпоративными правами и обязанностями. Особенности их содержания и реализации определяются законами, исходя из специфики деятельности потребительских кооперативов отдельных видов (жилищных, жилищно-строительных, жилищных накопительных, кредитных, сельскохозяйственных и др.).

В ГК особо выделены лишь обязанности членов кооперативапо внесению взносов двух видов: имущественных паевых и дополнительных (п. 1 ст. 123.2, п. 1 ст. 123.3).Имущественные паевые взносы служат источником формирования паевого фонда, являющегося материальной основой для реализации потребительским кооперативом своих целей. Дополнительные взносы предназначены для покрытия убытков потребительского кооператива, наличие которых устанавливается при утверждении ежегодного баланса. При их невнесении кооператив может быть ликвидирован в судебном порядке по требованию кредиторов. Кроме того, на членов субсидиарно возлагается солидарная ответственность по обязательствам кооператива в пределах невнесенной части дополнительного взноса.

Специальные законы конкретизируют эти общие положения, а также предусматривают необходимость внесения членами кооперативов имущественных взносов иных видов. Так, паевые взносы членов сельскохозяйственного кооператива подразделяются на обязательные и те, что вносятся по желанию с целью увеличения объема имущественных прав по отношению к кооперативу. Аналогичным образом паевые взносы членов кредитного кооператива делятся на обязательные и добровольные. Члены жилищного и жилищно-строительного, жилищного накопительного и кредитного кооперативов также вносят вступительные взносы, компенсирующие расходы, связанные с принятием лица в кооператив. На членов жилищного накопительного и кредитного кооперативов возлагается обязанность по внесению членских взносов, уплачиваемых периодически и направляемых на покрытие расходов, связанных с осуществлением кооперативом своей деятельности. Размеры взносов каждого вида, их возможная форма, сроки и порядок внесения определяются нормами законов, уставами потребительских кооперативов и общими собраниями их членов. Тем самым единый режим для реализации членами своей основной обязанности по участию в формированииимущества кооператива фактически отсутствует.

В случае прекращения членства в потребительском кооперативе член имеет право на получение своего пая, а в некоторых случаях и иных платежей. Размер, порядок, сроки и условия осуществления причитающихся ему выплат определяются законами о кооперативах отдельных видов и уставом кооператива. Так, члену, выходящему или исключенному из сельскохозяйственного кооператива выплачивается стоимость его паевого взноса денежными средствами или в натуральной форме. Члену, исключенному из жилищного и жилищно-строительного кооператива, не внесшему полностью паевой взнос, выплачивается сумма его пая в сроки и на условиях, предусмотренных уставом кооператива. При прекращении членства в жилищном накопительном кооперативе член вправе получить действительную стоимость своего пая. При выходе из кредитного кооператива члену выплачивается сумма его паенакопления, включающая сумму паевых взносов и присоединенных начислений на паевые взносы, возвращаются денежные средства, привлеченные от него, и выполняются иные обязательства, предусмотренные договорами, на основании которых кредитный кооператив осуществил привлечение денежных средств этого члена.

В исключение из общих норм о судьбе имущества, оставшегося при ликвидации некоммерческой организации после удовлетворения требований кредиторов (п. 8 ст. 63 ГК), специальные законы предусматривают права членов потребительских кооперативов на получение его определенной части, но допускают возможность изменения этого правила уставом кооператива. При этом правила распределения имущества варьируются. К примеру, имущество ликвидируемого сельскохозяйственного потребительского кооператива распределяется между членами в определенной последовательности: в первую очередь выплачивается стоимость паевых взносов ассоциированных членов; затем членам кооператива выплачивается стоимость дополнительных взносов, внесенных ими в порядке субсидиарной ответственности, и стоимость дополнительных паевых взносов; оставшееся имущество распределяется между членами пропорционально их паям, если иное не предусмотрено уставом. Имущество жилищного накопительного и кредитного кооперативов, оставшееся после удовлетворения требований кредиторов, распределяется между членами пропорционально их паям.

Также необходимо обратить внимание на особую группу прав членов, обусловленную целями создания потребительских кооперативов и используемыми для их достижения методами. Направленность на удовлетворение разнообразных потребностей своих членовпредполагает совершение потребительским кооперативом в их пользу различных действий, обеспечивающих получение материальных и иных благ. Соответственно, члены наделяются по отношению к кооперативу правами требования, характер которых зависит от вида кооператива и его целей. Так, для членов жилищных накопительных кооперативов это право предполагает возможность требовать предоставления в пользование жилого помещения, а для членов кредитных кооперативов — получать займы на определенных условиях и пользоваться иными услугами, предоставляемыми кооперативом. Содержание такого права, являющегося обязательным элементом в структуре правоотношений между потребительским кооперативом и его членами, может иметь постоянный или временный характер. В последнем случае при сохранении права в целом содержание составляющих его правомочий способно измениться в связи с достижением кооперативом определенных результатов. Примером могут быть отношения в жилищных кооперативах, продолжающих функционировать в условиях, когда потребности их членов в жилье удовлетворены. Согласно ч. 2 ст. 161 ЖК возможным способом управления многоквартирным домом является управление жилищным или иным специализированным потребительским кооперативом. Соответственно законодатель допускает сохранение потребительских кооперативовдля осуществления указанной деятельности и после того, каких члены в силу п. 4 ст. 218 ГК стали собственниками предоставленных им кооперативом жилых помещений. Под влиянием этого обстоятельства изменятся потребности членов и цели кооператива.

К потребительским кооперативам ныне отнесены общества взаимного страхования, осуществляющие деятельность по страхованию имущества и имущественных интересов своих членов на взаимной основе путем объединения необходимых для этого средств. Особенности их статуса и взаимоотношений с членами определяются ст. 968 ГК и положениями Федерального закона от 29 ноября 2007 г. № 286-ФЗ «О взаимном страховании». В целом права и обязанности членов обществ взаимного страхования сходны с теми, какими обладают члены других потребительских кооперативов. Вместе с тем характер осуществляемой данными организациями деятельности предопределил наличие у их членов некоторых специфических прав и обязанностей, в числе которых право страховать свои имущественные интересы на основании специально заключаемого договора страхования или в силу членства, а также обязанности уплачивать обществу (помимо вступительного, дополнительного и иных предусмотренных уставом взносов) страховую премию.

Права и обязанности граждан, объединившихся в рамках общественной организации на основе общности интересов для удовлетворения духовных или иных нематериальных потребностей, представления и зашиты общих интересов и достижения иных не противоречащих закону целей, определяются ГК более развернуто. При этом всех объединившихся законодатель именует как «участники (члены)», чем отождествляет их, признает участниками корпорации и наделяет едиными правами и обязанностями. В соответствии сост. 123.6 ГК участник (член) общественной организации осуществляет корпоративные права, в порядке, установленном ее уставом. Он также вправе на равных началах с другими участниками (членами) безвозмездно пользоваться оказываемыми ею услугами; вправе по своему усмотрению в любое время выйти из нее. На участника (члена) общественной организации возлагаются общие корпоративные обязанности; также он должен уплачивать предусмотренные уставом членские и иные имущественные взносы. Следует отметить, что сведения об имущественных правах и обязанностях участника (члена) должны включаться в устав организации.

Указанные положения не в полной мере соответствуют конституционно-правовым нормам, обеспечивающим реализацию права граждан на объединение (ст. 30 Конституции РФ), которые в данном случае являются определяющими, поскольку общественные объединения могут регистрироваться и приобретать права юридического лица либо функционировать, не имея такого статуса (ст. 3 Федерального закона от 19 мая 1995 г. № 82-ФЗ «Об общественных объединениях»).

Очевидно, что при получении прав юридического лица конституционные принципы структуры и деятельности общественного объединения не должны меняться. При этом при формировании норм ГК не было учтено, что термины «участник» и «член» применительно к общественным объединениям несут разную смысловую нагрузку, на что неоднократно обращалось внимание в литературе. Членами признаются лица, чья заинтересованность в совместном решении задач оформляется индивидуальными заявлениями или документами, позволяющими учитывать количество членов общественного объединения в целях обеспечения их равноправия. Все члены имеют равные права, в том числе участвовать в управлении объединением, и несут равные обязанности. Участниками общественного объединения являются лица, выразившие поддержку его целями (или) его конкретным акциям, принимающие участие в деятельности объединения без обязательного оформления условий своего участия (ст. 6 Федерального закона «Об общественных объединениях»).

В связи с этим отмечалась некорректность использования для обозначения указанных лиц термина «участники» и предлагалось именовать их «нефиксированнымичленами». Наличие участников, которые должны иметь равные права и обязанности, характерно для общественных движений, для которых предусмотрена одноименная форма юридического лица, и органов общественной самодеятельности, ныне имеющих форму общественной организации.

ГК исходит из того, что при государственной регистрации общественных объединений их члены и участники должны признаваться участниками некоммерческого юридического лица корпоративного типа. При этом, поскольку объединение с конституционно-правовых позиций не обязательно должно иметь формальное юридическое закрепление, оно может включать в свой состав лиц, которые согласны с целями объединения, заинтересованы в их достижении, намерены осуществлять определенную деятельность в соответствующем направлении. При государственной регистрации объединения в качестве юридического лица, правовое оформление отношений с каждым, кто может рассматриваться в качестве объединившегося, становится необходимым. Учитывая, что вариант участия выбирается гражданином самостоятельно (внесение взносов, оказание помощи и др.), содержание правоотношений между ним и юридическим лицом может отличаться. И если между общественной организацией, получившей права юридического лица, и ее членами устанавливаются корпоративные отношения, то ее правовая связь с участниками может иметь совершенно иную природу, зависящую от характера участия лица в объединении.

Определенные особенности присущи правам и обязанностям членов ассоциаций (союзов), в качестве которых признаются объединения юридических лиц и (или) граждан, основанные на добровольном или в установленных законом случаях на обязательном членстве для представления и защиты общих, в том числе профессиональных, интересов, а также для достижения иных некоммерческих целей. Эта конструкция сегодня является единственно возможным вариантом организационно-правового оформления для объединений субъектов предпринимательской деятельности, имеющих потребности в ее координации; для объединений некоммерческих организаций (кооперативов, общественных организаций, профессиональных союзов и пр.), создаваемых в различных общественно полезных целях; для профессиональных объединений граждан, не имеющих целью защиту их трудовых прав и интересов и не связанных с их участием в трудовых отношениях (нотариусов, оценщиков, лиц творческих профессий и др.), для саморегулируемых организаций и их объединений (п. 1 ст. 123.8 ГК).

В связи с многообразием сфер функционирования, различиями в целях создания, круге участников и основах их объединения ГК допускает регламентацию особенностей правового положения ассоциаций (союзов) отдельных видов на уровне специальных законов. При этом в части установления особого режима и содержания правоотношений между ассоциациями (союзами) и их членами такие возможности ограничены посредством закрепления некоторых общих норм.

Согласно ст. 123. 11 ГК член ассоциации (союза) обладает всеми корпоративными правами, порядок осуществления которых определяется уставом ассоциации (союза).

Кроме того, он вправе на равных началах с другими членами ассоциации (союза) безвозмездно, если иное не предусмотрено законом, пользоваться оказываемыми ею услугами. Также предусмотрено право члена по своему усмотрению в любое время выйти из ассоциации (союза).

Что касается обязанностей, то, наряду с общими, характерными для участников любой корпорации, члены ассоциации (союза) обязаны уплачивать предусмотренные уставом членские взносы и по решению высшего органа ассоциации (союза) вносить дополнительные взносы в ее имущество. В случаях и в порядке, которые установлены в соответствии с законом уставом ассоциации (союза), член может быть исключениз нее. Также закрепляется, что членство в ассоциации (союзе) неотчуждаемо, и предусматривается возможность установления последствий прекращения членства законом и (или) уставом ассоциации (союза).

Отмеченные положения развиваются на уровне законов, учитывающих специфику целей, сфер и принципов функционирования отдельных ассоциаций (союзов), в том числе путем конкретизации порядка осуществления прав и обязанностей членов, уточнения их содержания, расширения их круга. Так, Основы законодательства РФ о нотариате предусматривают обязанность членов профессиональных объединений нотариусов — нотариальных палат — вносить членские взносы и иные платежи, необходимые для выполнения палатами своих функций, не реже чем один раз в два года. Размер членских взносов устанавливается общим собранием палаты с учетом утвержденной сметы ее доходов и расходов на очередной финансовый год. Что касается иных платежей, то, к примеру, члены Федеральной нотариальной палаты обязаны вносить их в целях формирования фонда социальной поддержки, а также компенсационного фонда,средства которого предназначены для выплат в связи с возмещением вреда, причиненного нотариусами при осуществлении ими нотариальной деятельности, Помимо этой общей обязанности, характерной для ассоциаций (союзов) в целом, на нотариусов как членов нотариальных палат возлагается особая обязанность предоставлять по требованию палаты сведения о совершенных нотариальных действиях; документы, касающиеся их финансово-хозяйственной деятельности, а в необходимых случаях — личные объяснения, в том числе и по вопросам несоблюдения требований профессиональной этики (ст. 18.1, 27, 28, 30, 32).

Наличие подобной обязанности характерно для членов и других ассоциаций (союзов), создаваемых в целях реализации отдельных публичных функций и осуществляющих контрольные полномочия в отношении своих членов. Так, член саморегулируемой организации обязан предоставить по ее запросу необходимую информацию для плановой или внеплановой проверки соблюдения им требований стандартов и правил саморегулируемой организации, условий членства в ней.

Ряд прав и обязанностей, предусматриваемых специальными актами и уставами ассоциаций (союзов), исходя из целей их деятельности, возлагается на членов в большей мере как на участников особых профессиональных и иных формирований, нежели как участников корпоративных юридических лиц. К примеру, это касается членов объединений работодателей, создаваемых в целях представительства законных интересов и защиты их прав в сфере социально-трудовых и связанных с ними экономических отношений. Члены таких объединений вправе участвовать в определении содержания и структуры заключаемых объединением соглашений, регулирующих социально-трудовые и связанные с ними экономические отношения; получать информацию о деятельности объединения работодателей, заключенных им соглашениях, а также тексты этих соглашений и др. На них также возложены обязанности соблюдать условия и выполнять обязательства, предусмотренные соглашениями, заключенными объединением работодателей, и др.

В отдельных случаях законом регламентируются права члена при выходе и исключении из ассоциации (союза), а также имущественные последствия ее ликвидации. В частности, члены некоммерческого партнерства вправе, если иное не установлено законом или его учредительными документами, получить при выходе или исключении часть имущества партнерства или его стоимость в пределах стоимости имущества, переданного членами в собственность некоммерческого партнерства, за исключением членских взносов, в порядке, предусмотренном уставом. Кроме того, членам предоставлено право получить в случае ликвидации некоммерческого партнерства часть его имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, либо стоимость этого имущества в пределах стоимости имущества, переданного членами некоммерческого партнерства в его собственность, если иное не предусмотрено законом или учредительными документами. ГК не содержит норм, регламентирующих права и обязанности членов товариществ собственников недвижимости, создаваемых ими для совместного владения, пользования и в установленных пределах распоряжения имуществом, в силу закона находящимся в их общей собственности или в общем пользовании, а также для достижения иных целей, предусмотренных законами. Кроме того, в нем отсутствует предписание о необходимости обязательного включения в уставы товариществ сведений о правах и обязанностях их членов. Предусмотрено лишь, что к исключительной компетенции высшего органа товарищества собственников недвижимости относится принятие решений об установлении размера обязательных платежей и взносов членов, из чего можно сделать вывод о наличии у них соответствующей обязанности (п. 1 ст. 123.14 ГК).

Такой подход может свидетельствовать, что члены обладают общими корпоративными правами и обязанностями, а также дополнительными, которые предусматриваются специальными законами с учетом целей и специфики деятельности товариществ собственников недвижимости отдельных видов. Права и обязанности членов садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих товариществ, создаваемых гражданами для реализации своих прав на получение земельных участков, владение, пользование и распоряжение ими, а также в целях удовлетворения потребностей, связанных с реализацией таких прав, определяются ст. 19 Федерального закона от 15 апреля 1998 г. № 66-ФЗ «О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан». Наряду с общими корпоративными правами и обязанностями, члены товариществ наделяются и особыми, обусловленными тем, что данные организации создаются на добровольных началах и имеют целью содействие членам в решении общих социально-хозяйственных задач ведения садоводства, огородничества и дачного хозяйства. В частности, члены в праве самостоятельно хозяйствовать на своем земельном участке и возводить на нем в соответствии с установленными правилами строения; распоряжаться своим земельным участком и иным имуществом; при отчуждении земельного участка одновременно отчуждать долю имущества общего пользования в составе некоммерческого товарищества в размере целевых взносов; добровольно выйти из товарищества. Член также вправе получить причитающуюся долю в имуществе общего пользования в случае ликвидации садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого товарищества.

Следует отметить, что судебная практика признает наличие у члена данного права и при реорганизации товарищества. Что касается особых обязанностей членов, то их значительная часть относится к сфере землепользования. Члены должны нести бремя содержания земельного участка; использовать его в соответствии с целевым назначением; соблюдать агротехнические требования, установленные режимы, ограничения, обременения и сервитуты; в течение трех лет освоить земельный участок и др. Также закон предусматривает обязанность участников товариществ своевременно уплачивать членские и иные взносы, но не устанавливает при всём этом критерии формирования их размеров, в связи с чем нередко возникают спорные ситуации.

Судебная практика сегодня исходит из того, что размер членских взносов не может устанавливаться произвольно, а должен иметь финансовое обоснование. При этом не исключается возможность установления размера членских взносов в зависимости от размера участка, принадлежащего члену садоводческого, огороднического и дачного некоммерческого товарищества, или установления обязанности по уплате членских взносов в размере, кратном количеству принадлежащих члену товарищества земельных участков.

Права членов товариществ собственников жилья предусматриваются ст. 143.1 ЖК. Как участники корпорации они вправе получать от органов управления товарищества информацию о его деятельности; обжаловать в судебном порядке их решения. Также они могутзнакомиться с документами товарищества, характеризующими и позволяющими оценить его деятельность (реестр членов; бухгалтерская (финансовая) отчетность; аудиторские заключения и заключения ревизионной комиссии и др.).

Кроме того, исходя из целей деятельности товарищества собственников жилья, его члены обладают правом предъявлять требования к товариществу относительно качества оказываемых услуг и (или) выполняемых работ.

Хотя обязанности членов товариществ собственников жилья ЖК прямо не предусматривает, сделать вывод об их наличии позволяет анализ норм данного документа. Члены должны уплачивать обязательные платежи, вступительные и иные взносы, за счет которых формируется имущество товарищества. Установление их размеров относится к компетенции общего собрания, а контроль за их своевременным внесением является обязанностью правления товарищества (ч. 2 ст. 145, ст. 148, ч. 2 ст. 151 ЖК).

Кроме того, в целях надлежащего ведения реестра членов на них возлагаются информационные обязанности — предоставить правлению достоверные сведения, позволяющие их идентифицировать и осуществлять связь с ними, а также сведения о размерах принадлежащих им долей в праве общей собственности на общее имущество в многоквартирном доме. В дальнейшем члены обязаны своевременно информировать об изменении этих сведений (ч. 4, 5 ст. 143 ЖК).

Особого внимания заслуживает правовой статус членов казачьих обществ и общин коренных малочисленных народов РФ, поскольку законодателем установлен приоритет положений специальных законов о них над содержащимися в ГК нормами (п. 3 ст. 123.15, п. 4 ст. 123.16 ГК).

Признавая казачье общество, внесенное в государственный реестр казачьих обществ в РФ, самостоятельной организационно-правовой формой некоммерческого юридического лица с корпоративным устройством, ГК ограничился лишь определением его признаков, указанием на возможные варианты его преобразования, а также провозглашением главенствующей роли Федерального закона «О государственной службе российского казачества» при регламентации статуса подобных организаций. Поскольку этот документ норм о правах и обязанностях членов казачьих обществ как юридических лиц не содержит, можно предположить, что они должны определяться исходя из общих правил, предусмотренных ст. 65.2 ГК. При этом анализ соответствующих положений в совокупности с нормами специальных актов в сфере российского казачества свидетельствует о фактическом отсутствии такой возможности из-за нечеткости нормативных предписаний, допускающих смешение понятий казачьего общества какобщественного формирования с особыми публичными функциями и как юридического лица.

Прежде всего, сложность представляет определение круга лиц, которые должны признаваться членам некоммерческой корпорации, имеющей форму казачьего общества. Из содержащегося в ГК определения следует, что таковыми являются граждане, добровольно принявшие обязательства по несению государственной или иной службы. Но в силу действующих правил подобные обязательства могут приниматься не всеми членами казачьего общества и только после того, как оно приобрело статус юридического лица. На основании положений специального законодательства, развиваемых казачьими обществами на локальном уровне, можно установить лишь субъектов, выступающих членами казачьих обществ как общественных формирований. Граждане РФ и члены их семей, являющиеся жителями одного или нескольких сельских и городских поселений либо иных населенных пунктов, являются членами первичных казачьих обществ — хуторского, станичного, городского. Эти казачьи общества объединяются в общества второго уровня — районные (юртовые) и окружные (отдельские).

Они, в свою очередь, формируют войсковые казачьи общества, которые могут объединяться во всероссийское казачье общество. При этом членами районных (юртовых), окружных (отдельских) и войсковых казачьих обществ вобязательном порядке становятся члены входящих в их состав хуторских, станичных, городских казачьих обществ (п. 3.7 Указа Президента РФ от 15 июня 1992 г. № 632 (в ред. от 17 октября 2013 г.) «О мерах по реализации Закона РФ «О реабилитации репрессированных народов» в отношении казачества»).

Согласно уставам казачьих обществ их члены разграничиваются на отдельные категории: принявших на себя обязательства по несению государственной или иной службы; членов их семей, которые соответствующих обязательств не приняли; членов, для которых установлен испытательныйсрок; членов, принявших казачью присягу и не принявших ее и т.п. Кого из них следует признавать членами некоммерческой корпорации и соответственно, обладателями предусмотренных ст. 65.2 ГК корпоративных прав и обязанностей, остается неясным. Можно предположить, что первичные казачьи общества создаются гражданами, а казачьи общества более высокого уровня — казачьими обществами, уже имеющими статус юридического лица, но такой подход не разделяется судебными органами, полагающими, что решения общего собрания вышестоящего казачьего общества не могут затрагивать права входящих в его состав первичных казачьих обществ.

Не позволяет сделать однозначный вывод и анализ уставов казачьих обществ, которые сегодня являются, по сути, единственными регуляторами возникающих в них отношений участия (членства).

В основном они закрепляют права и обязанности участников общественных формирований. В частности, предусматриваются права носить форму установленного образца; при изменении места жительства переходить в другое казачье общество и т.п., а также обязанности соблюдать уставы казачьего общества и вышестоящих казачьих обществ; точно и беспрекословно выполнять решения высшего представительного органа казачьего общества, приказы и распоряжения атамана казачьего общества и атаманов вышестоящих казачьих обществ; обеспечивать сохранность удостоверения казака; активно участвовать в патриотическом воспитании молодых казаков и др.Что касается корпоративных прав и обязанностей, то согласно уставам они могут варьироваться по объему и принадлежать лицам разных категорий в зависимости от вида казачьего общества, характеристик его конкретных членов и других факторов. К примеру, не все граждане, именуемые членами казачьего общества, обладают правом на участие в управлении делами корпорации, некоторые наделены лишь правом совещательного голоса.

В казачьих обществах второго и последующего уровней обязанность участвовать в образовании имущества корпорации возлагается не на граждан, принимающих участие в управлении ими, а на казачьиобщества низших звеньев. Отсутствие понимания относительно круга членов казачьего общества как юридического лица и их правового положения приводит к тому, что при обжаловании решений общего собрания суды нередко отказывают в рассмотрении соответствующих требований, признавая их не подлежащими разрешению в порядке гражданского судопроизводства, ссылаясь на то, что казачьи общества, прежде всего, представляют собой форму самоорганизации граждан и государство может вмешиваться в их внутреннюю деятельность только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Общины коренных малочисленных народов РФ представляют собой добровольные объединения граждан, относящихся к соответствующим народам и объединившихся по кровнородственному и (или) территориально-соседскому признаку в целях защиты исконной среды обитания, сохранения и развития традиционных образа жизни, хозяйствования, промыслов и культуры. Права и обязанности их членов определены в ст. 12, 13 Федерального закона от 20 июля 2000 г. № 104-ФЗ «Об общих принципах организации общин коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации», причем содержащиеся в них перечни не являются исчерпывающими. При этом, если круг прав членов общины может быть расширен ее уставом, то введение для них дополнительных обязанностей допускается лишь на нормативном уровне.

Создание общины коренных малочисленных народов, прежде всего, позволяет удовлетворить неимущественные интересы ее членов, состоящие в сохранении традиций и обычаев, в связи с чем они наделяются правами на участие в принятии решений общины и выборах ее органов управления, правом быть избранными в эти органы. Принцип добровольности объединения обусловливает предоставление членам общины права на выход из нее. Кроме того, деятельность общины во многом позволяет обеспечивать реализацию имущественных потребностей членов посредством осуществления хозяйственной деятельности (ее возможными видами являются животноводство и переработка его продукции, собаководство, звероводство, пчеловодство, рыболовство, изготовление изделий традиционных промыслов и пр.), результаты которой предназначены для потребления непосредственно членами общины. Вместе с тем излишки продуктов традиционного хозяйствования и изделий традиционных промыслов в порядке, предусмотренном уставом общины, а также произведенные ее членами продукты труда с их на то согласия могут быть реализованы посторонним лицам (п. 1 ст. 10, п. 3 ст. 17, п. 3 ст. 22 Федерального закона «Об общих принципах организации общин коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации»).

Как следствие, п. 2 ст. 123.16 ГК наделяет членов общины малочисленных народов особым правом на получение части имущества общины или компенсации стоимости такой части при выходе из общины либо при ее ликвидации в порядке, установленном законом.

В настоящее время нормативно регулируется только распределение имущества при ликвидации общины — оно осуществляется в соответствии с долями членов, если иное не установлено уставом общины. Вопросы получения членом части имущества при выходе решаются общиной самостоятельно исходя из закрепленных в уставе положений. Что касается обязанностей членов, то законодатель указывает лишь на необходимость соблюдения ими устава общины, рационального использования природных ресурсов и осуществление природоохранных мер.

Нормы, регламентирующие права и обязанности участников общественных движений, а также адвокатских палат и адвокатских образований, в ГК отсутствуют. Что касается общих правил ГК, закрепляющих права и обязанности участников корпораций, то они в данном случае применяются с определенными ограничениями, поскольку при регламентации правового положения соответствующих организаций приоритетными признаются специальные акты — Федеральный закон «Об общественных объединениях» и законодательство об адвокатской деятельности и адвокатуре (п. 2 ст. 123.7-1, п. 4 ст. 123.16-1, п. Зет. 123.16-2 ГК).

Права и обязанности учредителей фонда обусловлены спецификой его организационной конструкции и нормативно закрепленными признаками, присущими данной форме юридического лица. Являясь унитарной организацией, фонд создается гражданами и (или) юридическими лицами на основе добровольных имущественных взносов для реализации благотворительных, культурных, образовательных или иных социальных, общественно полезных целей (ст. 123.17 ГК).

Соответственно материальной основной фонда выступают имущественные взносы учредителей, которые становятся собственностью фонда. Но поскольку им придается добровольный характер, участие в формировании имущества фонда является правом учредителей, хотя в литературе нередко передача фонду имущественного взноса и рассматривается как их важнейшая обязанность. Вместе с тем нормы ГК не исключают возможность принятия учредителями обязанностей по внесению взносов с целью формирования имущества фонда при его создании посредством закрепления соответствующих положений в его уставе или ином документе. При этом допустима конкретизация видов взносов (единовременные, регулярные и др.).

условий, порядка и сроков их внесения. В подобных случаях можно говорить о возникновении обязательственных правоотношений, элементом которых выступают соответствующие обязанности учредителей. Следует отметить, что на практике принятие решения о создании фонда обычно сопровождается решением вопроса об образовании его первоначального имущества, поскольку деятельность фонда в отсутствие необходимых для этого средств весьма затруднительна. Кроме того, обязанность учредителей по участию в формировании имущества фондов отдельных видов может предусматриваться законами, специально принимаемыми для регламентации их статуса.

Нормативно закрепленная структура управления фондом (ст. 123.19 ГК) предполагает наличие у учредителей обязанностей по формированию его отдельных органов. Прежде всего, они создают высший орган фонда, который должен быть коллегиальным. В условиях отсутствия специальных предписаний в его состав могут войти лица, как не являющиеся, так и являющиеся учредителями фонда. В дальнейшем высший коллегиальный орган, уже без непосредственного участия учредителей, избирает единоличный исполнительный и может назначить коллегиальный исполнительный органы фонда. Кроме того, в фондах в обязательном порядке создается попечительский совет, функционирующий на общественных началах и осуществляющий надзор за деятельностью фонда, принятием его органами решений и обеспечением их исполнения, использованием средств фонда, соблюдением фондом законодательства. Порядок создания данного органа нормативно не установлен, предполагается, что этот вопрос должен быть решен в уставе фонда. Тем не менее представляется, что формирование попечительского совета, учитывая его надзорный характер и компетенцию, является прерогативой учредителей и не может возлагаться на органы фонда.

Особого внимания заслуживает возможность учредителей фонда вносить изменения в его устав. Указывая на ее наличие, нормы ГК оставляют открытым вопрос о том, является ли это правом учредителей в силу закона либо они обладают им только при закреплении в уставе соответствующего положения. С одной стороны, законодатель устанавливает, что устав фонда может быть изменен его высшим коллегиальным органом, если уставом не предусмотрена возможность его изменения по решению учредителя (п. 1 ст. 123.20 ГК).

С другой, определяя исключительную компетенцию высшего коллегиального органа фонда, указывает, что к ней относится изменение устава фонда, только если эта возможность предусмотрена уставом (п. 1 ст. 123.19 ГК).

Хотя сведения о материальном положении фонда являются открытыми (в силу п. 2 ст. 219.18 ГК он обязан ежегодно публиковать отчеты об использовании своего имущества), судебная практика рассматривает в качестве самостоятельного правоучредителей фонда на получение информации о его деятельности, в том числе ознакомление с содержащими ее документами (отчетностью, годовыми отчетами и др.).

По мнению судебных органов, особенности устройства фонда предполагают наличие такого права у учредителей во всех случаях, даже если оно прямо не предусмотрено уставом фонда. Его отсутствие или ограничение могут иметь место только при наличии соответствующих положений в уставе фонда.

Поскольку фонд не основан на членстве, возможность изменения состава его учредителей законодателем не предусматривается. Соответственно, лицо, принимавшее участие в создании фонда, не может выйти из состава его учредителей.

При ликвидации фонда учредители вправе получить часть его имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, если это прямо предусмотрено законом. Такое положение допускается в качестве исключения из общего правила, согласно которому имущество должно направляться на цели, указанные в уставе фонда (п. 3 ст. 123.20 ГК).

Права и обязанности учредителей автономной некоммерческой организации, также имеющей унитарный характер, существенно отличаются от тех, что присущи учредителям фондов. Автономная некоммерческая организация создается на основе имущественных взносов граждан и (или) юридических лиц в целях предоставления услуг в сферах образования, здравоохранения, культуры, науки и иных сферах некоммерческой деятельности (п. 1 ст. 123.24 ГК).

Согласно 123.25 ГК учредители обладают правом на управление деятельностью автономной некоммерческой организации в порядке, установленном ее уставом. По их решению может быть создан постоянно действующий коллегиальный орган (органы), компетенция которого устанавливается уставом организации. Учредители также назначают единоличный исполнительный орган автономной некоммерческой организации, в качестве которого может выступить один из ее учредителей-граждан. Тем самым учредителям предоставлена практически полная самостоятельность в сфере определения структуры и компетенции органов управления автономной некоммерческой организации. Следовательно, не исключена возможность формирования ими такого органа управления, как общее собрание учредителей, или аналогичного ему. В этом случае можно предположить возникновение в рамках автономной организации отношений, сходных по содержанию и направленности с корпоративными. Иные нормативно закрепленные права и обязанности учредителей автономной некоммерческой организации лишь подтверждают это предположение.

Лицо может по своему усмотрению выйти из состава учредителей автономной некоммерческой организации. Возникающие при всём этом последствия ГК не предусмотрены и могут определяться уставом организации с учетом того, что учредители не сохраняют права на имущество, переданное организации в собственность. Учредители также наделены правом пользоваться услугами, которые оказывает автономная некоммерческая организация, но только на равных условиях с другими лицами (п. 4, 6 ст. 123.24 ГК).

Отсутствие указания в ГК на добровольность имущественных взносов в качестве основы автономной организации, свидетельствует о возложении на учредителей обязанности участвовать в образовании ее имущества. Виды таких взносов и сроки их внесения должны определяться уставом организации.

ГК допускает возможность определения правового положения автономных некоммерческих организаций, а также прав и обязанностей их учредителей иными законами в неурегулированной им части. К примеру, особенности автономной некоммерческой организации «Фонд защиты вкладчиков» установлены Федеральным законом от 2 апреля 2014 г. № 39-ФЗ «О защите интересов физических лиц, имеющих вклады в банках и обособленных структурных подразделениях банков, зарегистрированных и (или) действующих на территории Республики Крым и на территории города федерального значения Севастополя». В частности, данный акт предусматривает такое специальное последствие ликвидации автономной организации, как передача оставшихся денежных средств учредителю — государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» посредством их зачисления в фонд обязательного страхования вкладов.

Особенности правового положения учредителя учреждения обусловлены отсутствием у данной организации, созданной для осуществления управленческих, социально-культурных или иных функций некоммерческого характера, права собственности на имущество. Учредитель обладает правом собственности на имущество созданного им учреждения. На имущество, закрепленное собственником и приобретенное учреждением по иным основаниям, оно приобретает право оперативного управления.

В настоящее время учреждение может быть создано гражданином или юридическим лицом (частное учреждение), Российской Федерацией или ее субъектом (государственное учреждение), муниципальным образованием (муниципальное учреждение).

Соучредительство нескольких лиц не допускается. Государственное и муниципальное учреждения могут быть казенными, бюджетными или автономными.

Основной обязанностью учредителя любого учреждения является формирование необходимого для его деятельности имущества. Процедура и условия ее исполнения зависят от вида и типа учреждения. Так, порядок финансового обеспечения деятельности государственных и муниципальных учреждений должен определяться законом. Что касается частного учреждения, то собственник обязан его финансировать полностью или частично. Условия и сроки такого финансирования могут предусматриваться в уставе учреждения. Судебная практика исходит из того, что в этом случае между учредителем и частным учреждением могут возникать обязательственные отношения, а потому при неисполнении собственником своих обязанностей учреждение вправе истребовать задолженность в принудительном порядке.

Учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами, а в установленных законом случаях также иным имуществом. При недостаточности денежных средств у казенного и частного учреждений их собственники обязаны нести субсидиарную ответственность по их обязательствам. Собственники бюджетного и автономного также субсидиарно отвечают по их обязательствам, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности у этих учреждений имущества, на которое может быть обращено взыскание (п. 4—бет. 123.22, п. 2 ст. 123.23 ГК).

Права учредителей в основном связаны со сферой управления учреждением и контролем за его деятельностью. Согласно п. 4 ст. 123.21 ГК учредитель назначает руководителя учреждения. При этом в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом, руководитель государственного или муниципального учреждения может избираться его коллегиальным органом и лишь утверждается учредителем. По решению учредителя в учреждении могут быть создаваться подотчетные емуколлегиальные органы. Их компетенция, порядок создания и принятия ими решений определяются законом и уставом учреждения. Общие положения ГК, в том числе касающиеся прав и обязанностей учредителей, могут развиваться на уровне специальных законов, закрепляющих особенности правового положения государственных и муниципальных учреждений отдельных типов.

Признав религиозные организации унитарными по характеру юридическими лицами, законодатель оставил без внимания права и обязанности их учредителей. Видимо, по двум причинам. Во-первых, такую форму сегодня имеют принципиально различные по устройству структуры — создаваемые гражданами местные организации; централизованные организации, представляющие собой объединение местных; создаваемые такими объединениями организация и (или) руководящий или координирующий орган (п. 1 ст. 123.26 ГК).

Очевидно, что права и обязанности их учредителей не могутбыть тождественными. Кроме того, все эти организации создаются с особыми целями совместного исповедания и распространения веры, то есть осуществляют специфическую деятельность в сферах, в принципе неподвергающихся правовому регулированию. При этом их взаимоотношения с учредителями во многом обусловлены основами вероучений, которых придерживаются конкретные религиозные организации, их конфессиональной принадлежностью и исторически сложившимися традициями.

ГК указывает, что правовое положение религиозных организаций определяется специальным законом (сегодня это Федеральный закон от 26 сентября 1997 г. № 125-ФЗ «О свободе совести и религиозных объединениях»), а также предусматривает, что они действуют в соответствии со своими уставами и внутренними установлениями, не противоречащими закону. Именно эти документы должны закреплять права и обязанности учредителей в отношении созданных религиозных организаций главным образом имущественного характера и в сфере управления. При этом, устанавливая, что процедура образования органов религиозной организации, их компетенция и порядок принятия решений определяются уставом, ст. 123.27 ГК допускает возможность выполнения учредителем (учредителями) религиозной организации функций ее органа управления или члена коллегиального органа управления.

Анализ уставов религиозных организаций и принимаемых ими локальных документов свидетельствует о том, что учредителям, как правило, предоставляются права участвовать в управлении религиозной организацией, получать информацию о ее финансово-хозяйственной деятельности, выйти из состава организации и др. Кроме того, учредители обычно наделены правом контролировать порядок и направления использования принадлежащего религиозной организации имущества. Что касается обязанностей, то помимо специфических (следовать библейским традициям, соблюдать в своей жизни христианские нравственные нормы и т.п.) на учредителей нередко возлагается обязанность участвовать в формировании имущества религиозных организаций («заботиться о материальном состоянии церкви посредством участия в материальном служении», вносить ежегодные пожертвования в заранее определенном размере и уплачивать очищающую имущество милостыню и т.п.).

Нормы о такой форме некоммерческой унитарной организации, как публично-правовая компания, в ГК отсутствуют. Судить о правах и обязанностях, которыми будет наделен ее учредитель — Российская Федерация, можно лишь на основе анализа проекта федерального закона № 252441-6 «О публично-правовых компаниях в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». Планируется, что публично-правовая компания будет осуществлять свою деятельность в интересах государства и общества, для чего наделяется публично-правовыми функциями и полномочиями. Основанием ее учреждения может быть федеральный закон или решение Правительства РФ. Кроме того, она может быть создана путем реорганизации государственной корпорации, государственной компании, а также акционерного общества, единственным участником которого является Российская Федерация. В связи с этим можно предположить, что каждая из подобных организаций будет иметь в определенной степени индивидуальный правовой статус.

Исходя из содержания законопроекта права и обязанности учредителя в целом сходны с тем, какими обладает публично-правовоеобразование в отношении создаваемых им унитарных некоммерческих организаций иных форм, являющихся собственниками своего имущества (фонда, автономной некоммерческой организации).

К числу основных обязанностей следует отнести те, что связаны с созданием условий для функционирования компании — это наделение компании имуществом, необходимым для осуществления деятельности, и формирование ее органов управления. Что касается прав, то учредитель определяет режим использования и расходования компанией своего имущества; контролирует деятельность ее органов и может вносить изменения в их персональный состав; принимает решение о прекращении компании и наступающих в связи с этим последствиях.

Следует отметить, что права и обязанности Российской Федерации как учредителя государственных корпораций и государственнойкомпании, пока продолжающих функционировать, определяются положениями специальных законов о соответствующих юридических лицах, которые имеют приоритет над нормами ГК (п. 6 ст. 3 Федерального закона от 5 мая 2014 г. № 99-ФЗ «О внесении изменений в главу 4 части первой ГК и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации»).

1. Гражданский кодекс РФ // Консультант плюс, 2017

2. Федеральный закон «О некоммерческих организациях» от 12.01.1996 N 7-ФЗ (последняя редакция)

3. Гражданское право:/ Под общ. ред. Карпычева М.В., Хужина А.М., Демичев А.А. и др. — М.: ИНФРА-М, 2016. — 560 с.

4. Комментарий к Федеральному закону от 12 января 1996 г. №7-ФЗ «О некоммерческих организациях» (постатейный): Комментарий / Борисов А. — М.: Юстицинформ, 2013. — 408 с.

5. Российское гражданское право; Учебник / Отв. ред. Е.А. Суханов. — М.: Статут, 2015. — 1208 с.;

6. Юридические лица в российском гражданском праве: Монография: В 3 томах. Т.1: Общие положения о юридических лицах / Габов А.В., Гутников О.В., Доронина Н.Г. и др. — М.: ИНФРА-М, 2015. — 384 с.