И. П. Мартос создатель памятника Минину и Пожарскому

Реферат

^

Устав Владимира Мономаха 1113 года (устав о резах и закупах) входит в состав Русской Правды Пространной редакции (Пространная Правда).

Этот документ следует за группой статей (47-52), которая является продуктом творчества Святополка Изяславича, покровительствовавшего ростовщикам. К Уставу Владимира Мономаха исследователи относят ст. ст. 53-66, трактующие вопросы долговых обязательств и кабальных отношений. Этот устав появился после подавления народного восстания 1113 г. в Киеве.

Торговые операции в Древней Руси были неразрывно связаны с кредитом, вопросам которого отведены отдельные статьи Русской Правды. Русская Правда знает уже различные виды отдачи денег и товара под проценты. Различается взимание процентов «в треть» и по месяцам. Владимир Мономах особым уставом узаконил получение процентов «до третьего реза». Важность этого законодательства для современников подчёркивается тем, что оно возникло после киевского восстания 1113 г. Претензии горожан с ещё большей полнотой обнаруживаются в киевском восстании, происшедшем после смерти Святополка Изяславича. Летописные известия о восстании этого года неполны и отрывочны. Рассказав о смерти и погребении Святополка 16 апреля 1113 г., летописец замечает, что на следующий день утром киевляне «совет сотворили» и послали к Владимиру Мономаху приглашение занять киевский стол. Владимир отказался. Между тем в Киеве началось восстание. Киевляне «разграбили двор Путятин тысяцкого, пошли на евреев и разграбили их». О серьёзности положения в Киеве говорят слова, обращённые к Мономаху: «пойди, княже, в Киев; если не пойдешь, то знай, что многое зло воздвигнется, то тебе не Путятин двор, ни сотских, но и евреев грабить, и еще пойдут на невестку твою и на бояр и на монастыри». Владимир согласился принять киевское княжение, «и все люди рады были и мятеж окончился»

Мономах учел всю серьезность положения. В Киеве полыхало пламя грандиозного антифеодального восстания «простой чади». В начале оно было направлено против наиболее ненавистных носителей зла, против тех, кто олицетворял кабалу, притеснения, гнет и произвол, всей тяжестью обрушившиеся на плечи киевлян. Ими были в первую очередь тысяцкий Путята и сотские, т. е. бояре, возглавлявшие княжескую городскую администрацию, творившие суд и расправу, облагавшие поборами, измышлявшие всякого рода «творимые» штрафы, подчинявшие себе и угнетавшие работный, ремесленный и мелкий торговый люд Киева. Такими же непосредственными носителями зла для народа были ростовщики, ссужавшие нуждающихся из числа «простой чади» деньгами под чудовищно высокий процент, разного рода спекулянты, грабившие народ, которым покровительствовал Святополк Изяславич. Но затем восстание стало принимать характер, опасный для всех категорий господствующей феодальной верхушки — для князей, бояр, монастырей. Оно оказалось направленным против всей феодальной системы эксплуатации, феодальных форм господства и подчинения. Речь шла об угрозе всему феодальному миру Киевской земли.

4 стр., 1637 слов

Эпоха Ярослава Мудрого и Владимира Мономаха

... с отцом. Между тем кочевники печенеги напали на Русь. Владимир, послав против них со своей дружиной любимого сына Бориса, сильно разболелся и умер. Смерть отца застала Ярослава в Новгороде. По ... правда, недолго пробыли в Киеве, поскольку в городе готово было подняться восстание против них, они ушли, унося награбленное, а Святополк остался княжить. В 1019 году Ярослав собрался с силами ...

Это обстоятельство побудило Мономаха согласиться принять киевский княжеский престол. Он явился в Киев и, как говорит летопись, «прекратил мятеж и смятение в людях» («Ипатьевская летопись», ПСРЛ, т. II, стр. 272).

Такой быстрый успех надо отнести на счет тонкой социальной политики Владимира Мономаха — этого действительно выдающегося государственного деятеля древней Руси. Мономах умел использовать авторитет, который он приобрел в народе благодаря своим успешным войнам с половцами, стремлению прекратить бесконечные разорительные и опустошительные межкняжеские усобицы. Он умело играл на вечевых традициях, дорогих сердцу простых людей, выдвинув их в роли арбитров в княжеских спорах, сдерживал алчность дружинников, контролировал деятельность своих «мужей», управлявших и княжеством и его собственным хозяйством. Умный, деятельный и храбрый, Владимир Мономах снискал большую популярность в народе. И теперь, в трудную для феодалов Киева минуту, он прибегнул к политике уступок.

Видимо, еще до своего приезда в Киев, Мономах созвал важное совещание в селе Берестовом, под Киевом. Это было совещание богатых и влиятельных, близких к князю бояр. На нем присутствовали тысяцкие: киевский Ратибор, белгородский Прокопий, переяславльский Станислав, как люди, ближе всего стоявшие к народу, судившие простых людей и собиравшие с них разные поборы. Присутствовали и княжеские «мужи» Нажир и Мирослав, а также боярин двоюродного брата Мономаха, новгород-северского князя Олега Святославича («Олега Гореславича», как называет его «Слово о полку Игореве»).

Результатом этого совещания явился «Устав» Владимира Мономаха. «Устав» ограничивал ростовщичество. Грабительские проценты были отменены. Кто давал деньги из 50 процентов и уже три раза получал проценты («рез»), тот уже не имел права требовать сумму, данную им должнику. Впредь такой процент считался незаконным. Устанавливался новый порядок, по которому законным считался процент в размере не выше 10 кун на гривну.

Трудно определить действительную величину этого процента, так как количество кун в гривне менялось: в XI в. гривна состояла из 25 кун, а в XII столетии — из 50. Не зная, какую именно гривну имеет в виду «Устав» Мономаха, мы не может сказать с уверенностью, идет ли и нем речь о 20 или 40 процентах. Если предположить, что гривна в 50 кун существовала уже в самом начале XII в., то, следовательно, «Устав» Владимира Мономаха ограничивал «рост» двадцатью процентами. Это было известное облегчение положения людей, вынужденных прибегать к займу.

9 стр., 4266 слов

Общая характеристика Русской правды, ее значение в истории русского права (2)

... сыновей Ярослава, Владимира Мономаха). Определенное влияние на Русскую Правду оказало византийское каноническое право. 1.1. Правовое положение отдельных групп населения В Русской Правде содержится ряд норм, определяющих правовое положение отдельных групп населения. По ее тексту ...

Изменялось и положение мелкого купца-должника. В случае, если он не мог расплатиться со своим заимодавцем, надо было выяснить, чем объясняется его неплатежеспособность. Если он сам был в ней повинен, «Устав» отдавал его на волю кредитора, но если причиной ее были стихийные бедствия или несчастье, то заимодавец должен был терпеливо ждать, когда его пострадавший должник ежегодными взносами расплатится с ним. Эти статьи «Устава» Мономаха в первую очередь облегчали положение городских должников, в частности тех, кто торговал, купив товары на деньги, взятые в долг (на «чужие куны»).

Вторая часть «Устава» посвящалась закупам, положение которых изменялось в лучшую сторону. Закуп получил право уходить (очевидно, в свободное от работы на господина время) на сторону с целью заработка, который дал бы ему возможность выплатить господину долг («купу») и вновь вернуться в прежнее состояние, в котором он был до того, как стал закупом. «Устав» Владимира Мономаха предоставил закупу также право обращаться к князю и его «мужам» с жалобой на господина, и отлучка закупа в этом случае не только не превращала его в холопа, как раньше, но закупу нужно было «дать правду», т. е. справедливо рассудить его спор с господином. Закупа уже нельзя было бить не «про дело», т. е. без вины, нельзя было продать в холопы («обель»), как ранее. Более того, в «Уставе» указывалось, что если все же господин попытается это сделать, то сама эта попытка освобождает закупа от каких бы то ни было обязательств по отношению к господину. Закуп получал право распоряжаться своей собственностью; устанавливался порядок ответственности закупа за скот и инвентарь господина. Господин не имел права по своему усмотрению повысить сумму долга закупа. Наконец, по делам не особенно большой важности закуп получил право выступать на суде в качестве свидетеля.

Таким образом, народное восстание в Киеве в 1113 году не было вовсе безуспешным. Оно принудило господствующий класс создать законодательство, до некоторой степени облегчавшее положение народных масс. Пусть многие статьи «Устава» в отношении закупов и не применялись на практике, ибо власть и богатство, суд и военная организация оставались в руках феодалов, что давало им возможность превращать любое законодательство в орудие борьбы с народными массами. Все же надо признать, что «Устав» Мономаха был первой известной нам из источников уступкой, вырванной у феодалов трудовым людом древней Руси в процессе ожесточенной классовой борьбы.

«Устав» Владимира Мономаха говорит еще и о другом, а именно о размахе восстания 1113 г., о его участниках. То обстоятельство, что «Устав» явился результатом совещания, созванного Мономахом еще до того, как он вступил в Киев и занял княжеский престол, свидетельствует о силе народного движения, о страхе, который испытывали перед ним феодалы. Об этом свидетельствует и тот факт, что в Берестове собрались виднейшие княжеские «мужи» не только Киева, но и Белгорода (Киевского), и Переяславля (Южного, или Русского, ныне Переяславля-Хмельницкого), и Новгорода-Северского, где княжил Олег Святославич. Из этого следует, что волнение народных масс охватило обширную область и угрожало феодальным верхам всего Среднего Приднепровья.

Своими статьями, касающимися положения закупов, «Устав» говорит, что последние были одной из главных движущих сил восстания. В 1113 г. закупы поднялись против своих господ, против оберегавших их княжеских «мужей». В восстании 1113 г. приняли участие закупы самого Киева, закупы окрестных сел и городов Киевской земли и, в частности, те из них, которые тайно, рискуя навеки превратиться в холопов, «искали кун», т. е. Заработка в Киеве. И последних, по-видимому, было немало. Если Владимир Мономах смог уже 20 апреля вступить в Киев, то это можно объяснить тем, что к этому времени весть о новом «Уставе» уже дошла до мятежных киевлян. Трудно себе представить, чем кончились бы «мятеж и смятение» в Киеве, если бы не был выработан «Устав». Силу уступок, не лишенных значительной доли социальной демагогии, Мономах предпочел силе меча.