Юридический анализ состава преступления, предусмотренного ст.105 УК РФ «Убийство»

Отсюда с неизбежностью следует вывод, что спящий или находящийся в бессознательном состоянии не может считаться беспомощным. С таким выводом трудно согласиться. Беспомощное состояние жертвы — объективная категория. Это состояние существует независимо от осознания его самим потерпевшим. В противном случае мы должны будем исключить применение п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ и при убийстве младенца или психически больного.

Такое преступление более опасно и с субъективной стороны, поскольку знание о том, что жертва находится в беспомощном состоянии (закон не случайно говорит о заведомости) облегчает формирование преступного намерения и даже может играть провоцирующую роль. Преступнику легче решиться на убийство, когда он уверен, что жертва не воспринимает посягательства на его жизнь и поэтому не в состоянии дать ему отпор.

Сложным для практики оказался и вопрос о квалификации причинения смерти лицу, оказавшемуся в беспомощном состоянии в результате действий виновного. По смыслу закона лицо должно находиться в беспомощном состоянии до нападения на него. Если же потерпевший был приведен в беспомощное состояние виновным в процессе реализации умысла на убийство (путем причинения ранений, связывания, завлечения в уединенное место и т.п.), то п. «в» ч.2 ст.105 УК РФ не должен применяться.

К объективной стороне квалифицированного убийства относятся следующие обстоятельства, характеризующие в первую очередь способ действия.

Это убийство, совершенное:

  • д) с особой жестокостью;
  • е) общеопасным способом;
  • ж) группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой.

Убийство, совершенное с особой жестокостью (п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Данное преступление является одним из наиболее распространенных видов квалифицированного убийства.

Трудности в применении на практике п. «д» ч. 2 ст. 105 УК связаны с сугубо оценочным характером данного квалифицирующего признака.

Оценочным является, во-первых, само понятие жестокости.

Толковые словари определяют это понятие через цепочку синонимов: жестокий — безжалостный, бездушный, бессердечный, немилосердный и т.д.

Во-вторых, в законе говорится об особой жестокости, а не просто о жестокости. В принципе жестоко почти каждое убийство.

Особая жестокость — это крайнее, высшее проявление данного качества.

Анализируя оценочное понятие, человек обычно руководствуется не только собственными представлениями, но и неким эталоном, стандартом.

12 стр., 5983 слов

Уголовная ответственность за совершение убийства в состоянии аффекта

... точку зрения, уравняв по объему оба понятия. Таким образом, нынешний Уголовный кодекс РФ от 1996 г. в ст. 107 предусматривает ответственность за совершение убийства в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения ...

С учетом сложившейся судебной практики убийство может быть признано особо жестоким, когда:

  • а) перед лишением жизни или в процессе совершения убийства к потерпевшему применялись пытки, истязания или совершалось глумление. Если пытки применялись с целью получения от потерпевшего каких-либо сведений, то причинение смерти возможно и с косвенным умыслом;

б) убийство совершено способом, который заведомо для виновного связан с причинением потерпевшему особых страданий:

  • нанесение большого количества ранений;
  • использование мучительно действующего яда, кислоты или других агрессивных веществ;
  • причинение смерти путем применения огня, электротока бытового напряжения;
  • закапывание заживо;
  • замедленное утопление или удушение;
  • причинение смерти путем лишения пищи или воды и т.п.;
  • в) убийство совершено в присутствии близких потерпевшему лиц, если виновный сознавал, что своими действиями причиняет присутствующим особые душевные страдания;
  • г) в целях продления мучений жертвы виновный препятствует оказанию помощи умирающему.

Ранее признаком особой жестокости признавалось глумление над трупом, но судебная практика в последние годы от этого отказалась, поскольку данные действия совершаются после убийства.

Тем не менее, в случаях, когда виновный в силу своего возбужденного состояния или других обстоятельств не осознал момент наступления смерти, глумление над трупом признается глумлением над жертвой и может быть квалифицировано по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Кроме того, глумление над трупом в присутствии близких потерпевшему лиц — очевидцев убийства также может быть выражением особой жестокости.

Убийство, совершенное общеопасным способом (п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Так, необходимо учитывать не только высокие поражающие свойства орудия убийства (взрывчатое вещество, огонь, автоматическое огнестрельное оружие, автомобиль и т.д.), но и конкретный способ его применения.

Использование в качестве орудия убийства предметов, заключающих в себе большую разрушительную силу, повышает опасность преступления тем, что значительно возрастает объем (масса) причиняемого вреда и усиливается вероятность достижения преступного результата — смерти жертвы.

Кроме того, используя взрыв, поджог, катастрофу транспорта и другие подобные средства, преступник обычно теряет над ними контроль, в силу чего данный способ убийства относится к слабо управляемым.

Если же в процессе убийства высокие поражающие свойства орудия преступления не используются либо используются в ситуации, исключающей причинение вреда другим лицам, то нет оснований, считать способ преступления общеопасным.

Например, применение пистолета-пулемета для нанесения смертельных ударов по голове жертвы или производство выстрелов в закрытом помещении, где, кроме потерпевшего, нет других людей, которым угрожала бы опасность.

Если применение заведомо общеопасного способа было сопряжено с убийством хотя бы еще одного человека, кроме намечаемой жертвы, содеянное квалифицируется, помимо п. «е» ч. 2, также по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Такая же квалификация должна применяться, когда виновный не преследует цели лишить жизни определенное лицо, но, действуя с косвенным умыслом, причиняет общеопасным способом смерть двум или более лицам.

7 стр., 3234 слов

Умышленное причинение тяжкого вреда

... Под издевательством и мучениями в целях использования органов или На практике возникает необходимость отграничивать убийство от умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего. Верховный Суд РФ рекомендует в этом случае ...

В случае реального причинения вреда здоровью другим лицам действия виновного надлежит квалифицировать, помимо п. «е» ч.2 ст.105 УК РФ, также по другим статьям УК РФ, предусматривающим ответственность за умышленное причинение вреда здоровью.

Так, если при совершении убийства общеопасным способом помимо смерти намеченной жертвы наступает смерть других лиц, причем отношение к их смерти имеет форму неосторожной вины, то деяние следует квалифицировать помимо п. «е» ч.2 ст.105 и по ст.109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности).

Точно так же по совокупности преступлений должно квалифицироваться неосторожное причинение тяжкого вреда здоровью другим лицам (дополнительно по ст.118 УК РФ).

Убийство, совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой (п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Распространение повышенной ответственности за убийство, совершенное группой лиц, на все виды групп, в том числе и на группу без предварительного сговора, представляется обоснованным.

При совершении убийства, как и другого насильственного преступления, объединение нескольких лиц, даже при отсутствии предварительного сговора, облегчает достижение преступного результата, затрудняет для жертвы возможность оказать сопротивление или уклониться от нападения. Это и делает любое групповое преступление объективно более опасным.

Групповое преступление предполагает не менее двух соисполнителей (см. ч. 1 ст. 35 УК РФ).

Поэтому в тех случаях, когда исполнитель убийства был один, действия подстрекателей и пособников не должны квалифицироваться по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Исполнителем убийства может быть признано лицо, которое не только имело умысел на совершение убийства, но и принимало непосредственное участие в лишении жизни потерпевшего.

Действия лица, которое лишь оказывало содействие исполнителю (или исполнителям) убийства в осуществлении преступного намерения, давало советы о способе, времени или месте убийства либо иным образом создавало условия, способствующие преступлению, представляют собой пособничество.

Существовавший ранее квалифицирующий признак убийства «из корыстных побуждений» конкретизирован в действующей редакции УК РФ путем указания на убийство «по найму» и добавления слов «а равно сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом». Видимо внесенные изменения не повлияют существенно на судебную практику, поскольку и ранее данные виды убийства рассматривались как разновидности корыстного убийства.

В повседневном юридическом обиходе и средствах массовой информации убийство по найму часто называют «заказным», хотя закон этого термина не употребляет, как и терминов «заказчик», «посредник».

Как вид соучастника «заказчик» играет роль организатора убийства. Но организатором является и «посредник», т.е. лицо, которое во исполнение полученного заказа подбирает исполнителей, разрабатывает план убийства и осуществляет другие действия. Здесь можно наблюдать два уровня (или два этапа) организаторской деятельности.

Выделение убийства по найму обусловлено увеличением числа таких убийств и их профессионализацией.

К тому же в психологии наемных убийц, по данным научных исследований, корыстные побуждения не всегда носят определяющий характер.

15 стр., 7131 слов

Мотив и цель преступления, их значение для квалификации

... мотивов и целей преступления наряду с другими обстоятельствами совершения преступления. Мотив и цель Мотивами преступления мотивом преступления Иначе говоря, это источник действия, его внутренняя движущая сила, обусловленные потребностями и интересами побуждения, ... 2 п. "з" УК РФ как совершение умышленного убийства из корыстных побуждений. Производство Б. из пистолета 9-мм калибра, фактически в упор, ...

Наемный убийца просто получает вознаграждение за свою профессиональную деятельность, хотя в данном случае она имеет резко антисоциальную, криминальную направленность.

Что касается убийства, сопряженного с бандитизмом, то его выделение имеет принципиальное значение, поскольку целью создания банды не всегда является завладение имуществом.

Учитывая, что разбой, вымогательство и бандитизм не охватываются понятием «убийство», необходима квалификация этих преступлений по совокупности с убийством.

Действие лица, совершившего бандитизм и покушение на убийство, должны квалифицироваться по ст.209, ч.3 ст.30 и п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ.

Если убийство, совершенное в процессе разбойного нападения, сопряжено также с уничтожением имущества путем поджога, то содеянное квалифицируется по совокупности преступлений, предусмотренных п.»з» ч.2 ст.105, ст.162 и ч.2 ст.167 УК РФ.

Действующая редакция в Уголовном кодексе РФ данного квалифицирующего признака не меняет существа корыстных побуждений.

Их наличие определяется преследуемой убийцей целью:

  • извлечение положительной материальной выгоды (денег, иного имущества или права на его получение, права пользования жилой площадью и т.п.);
  • избавление от материальных затрат (возвращения долга, уплаты алиментов, выполнения иных имущественных обязательств и т.д.)

Так, например, убийство пассажиром водителя машины с целью избежать платы за проезд признано совершенным из корыстных побуждений.

Корыстный мотив преступления учитывается, если он возник до убийства, а не после него. Поскольку квалифицирующим является именно корыстный мотив, фактического извлечения материальной выгоды не требуется.

Если виновный преследовал иные личные выгоды неимущественного характера, данный квалифицирующий признак не может быть вменен.

Убийство по найму всегда совершается за вознаграждение, и не обязательно в денежной форме. Вознаграждение может носить и иной характер.

Мотивом такого убийства может служить, в частности, обещание «заказчика» устроить исполнителя убийства на высокооплачиваемую работу, обеспечить принятие в учебное заведение, продвинуть по службе.

Не следует отождествлять корыстные побуждения как мотив убийства с корыстолюбием, жадностью как свойством личности.

Поэтому убийство кредитором неисправного должника не может квалифицироваться по п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ, поскольку этим виновный не приобретает имущество и не избавляется от материальных затрат.

Точно так же не всякое убийство на почве бытовой ссоры из-за денег или другого имущества является убийством из корыстных побуждений (например, убийство жены за отказ дать денег на «выпивку» или убийство знакомого в ссоре, возникшей из-за отказа поделиться спиртным или угостить сигаретой).

Убийство с целью завладения имуществом, т.е. совершенное из корыстных побуждений, в том числе убийство при разбойном нападении, не следует квалифицировать одновременно по п. «к» ч.2 ст.105 УК РФ как совершенное с целью облегчить другое преступление.

От убийства из корыстных побуждений следует отличать убийство из мести за посягательство на имущество виновного или за иное причинение ему какого-либо реального или мнимого имущественного ущерба (например, убийство соседа за самовольное использование мотоцикла виновного).

6 стр., 2991 слов

Простое убийство

... убийстве» . 1. 2. Виды простого убийства. Наука уголовного права и судебная практика выделяет несколько наиболее типичных видов простого убийства: в ссоре или драке при отсутствии хулиганских побуждений, из ревности, по мотивам мести, ... некоторые положительные моменты, допускается меньше ошибок при квалификации данного преступления, тем не менее количество таких ошибок остается довольно внушительным. ...

Понятие корыстных побуждений как мотива убийства более узкое и конкретное, нежели жадность и корыстолюбие как свойства личности.

Действия пособника в корыстном убийстве, включая убийство по найму, квалифицируются по ст.33 и п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ, даже если он сам не стремился извлечь материальную выгоду, но сознавал, что исполнитель действует из корыстных побуждений. Это относится также к подстрекателям и организаторам убийства по найму.

Убийство, совершенное из хулиганских побуждений (п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Данный вид убийства по-прежнему относится к числу распространенных. В судебной практике признано, что таковым считается «убийство, совершенное на почве явного неуважения к обществу и общепринятым моральным нормам, когда поведение виновного является открытым вызовом общественному порядку и обусловлено желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное к ним отношение».

По своему содержанию они представляют сложный мотив, в котором переплетаются и безграничный, разнузданный эгоизм, и искаженные представления о границах личной свободы, и культ грубой силы, и стремление «испытать себя», и вспышка безотчетной злобы.

Такая мотивация присуща всякому хулиганству.

Но при совершении убийства из хулиганских побуждений к этому присоединяется и пренебрежительное отношение к человеческой жизни вообще, безотносительно к личности потерпевшего.

Типичным для убийства из хулиганских побуждений является совершение его обычно без повода или с использованием незначительного повода в качестве предлога для лишения жизни (например, убийство прохожего за то, что он не дал прикурить, сделал справедливое замечание и т.п.).

Убийство с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера (п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

В п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ объединены два квалифицирующих признака, поскольку они в значительной мере взаимно пересекаются.

Повышенная опасность убийства с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, обусловлена, прежде всего, поставленной целью. Поэтому для вменения данного квалифицирующего признака не имеет значения, достигнута ли поставленная цель фактически, характер другого преступления, к какой категории оно относилось.

Если виновный идет на причинение смерти человеку, чтобы скрыть преступление небольшой тяжести, опасность такого убийства не снижается. Сказанное относится и к редким случаям убийства в целях сокрытия мнимого преступления, когда виновный ошибочно полагает, что ему грозит уголовная ответственность за действия, в действительности преступлением не являющиеся.

По п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ квалифицируется также убийство в целях сокрытия или облегчения совершения преступления, исполнителем которого было другое лицо.

Если убийство совершено в целях облегчения или сокрытия разбойного нападения, оно квалифицируется по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ как сопряженное с разбоем. В этом случае дополнительная квалификация по п. «к» не требуется, поскольку данное обстоятельство (сопряженность с разбоем) прямо названо в тексте закона — п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

20 стр., 9871 слов

Убийства при смягчающих обстоятельствах

... убийства при смягчающих обстоятельствах, а именно несколько привилегированных составов посягательства на жизнь человека: убийство, совершённое в состоянии аффекта; убийство матерью новорожденного ребёнка; убийство, совершённое при ... убийства является наличие причинной связи между деянием виновного (действием или бездействием) и наступившей смертью потерпевшего. Субъектом ответственности за убийство, ...

Под убийством, сопряженным с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера, следует понимать убийство:

  • а) в процессе изнасилования (либо третьего лица с целью облегчить совершение изнасилования, либо с косвенным умыслом самой потерпевшей в процессе преодоления ее сопротивления);
  • б) с целью скрыть совершенное изнасилование;
  • в) из мести за оказанное при изнасиловании сопротивление (в случае как оконченного изнасилования, так и когда изнасилование не удалось довести до конца);
  • г) совершенное при таких же обстоятельствах, но сопряженное с мужеложством, лесбиянством или иными действиями сексуального характера с применением насилия или с угрозой его применения (ст. 132 УК РФ).

Также должны оцениваться убийства, сопряженные с последующим удовлетворением сексуальных потребностей в отношении трупа (некрофилия), если субъект будет признан вменяемым.

Статьями 131, 132 УК РФ не предусмотрено умышленное причинение смерти, поэтому они применяются по совокупности с п. «к» ч. 2 ст.105 УК РФ.

Убийство по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды либо кровной мести (п. «л» ч. 2 ст.105 УК РФ).

Очевидно то, что мотив может быть обусловлен ненавистью к потерпевшему, как к представителю определенной национальности, расы или религии либо может служить проявлением шовинистического мировоззрения, ксенофобии или религиозной нетерпимости, когда ненависть или вражда распространяется на лиц всех иных национальностей или всех иноверцев.

Названный мотив может быть единственным, но может сочетаться с другими мотивами, например с местью за какие-либо действия потерпевшего.

Повышенная опасность этого вида убийства обусловлена посягательством не только на жизнь человека, но и на гарантированное ст. 19 Конституции Российской Федерации равенство прав и свобод человека и гражданина, независимо от его национальной, расовой или религиозной принадлежности.

Обычай кровной мести, сохранившийся в отдельных местностях Российской Федерации (например, в Дагестане, Чечне, Ингушетии), состоит в том, что в случае убийства, или причинения вреда здоровью, или оскорбления какого-либо лица потерпевший либо его родственники обязаны отомстить обидчику, лишив его жизни.

Родственники новой жертвы тоже считают себя обязанными выполнить обычай кровной мести («кровь за кровь»).

Этот процесс может длиться долго, приводя к гибели многих людей. Кровная месть обычно объявляется лицу, совершившему убийство родственников виновного. При этом жертвами кровной мести могут быть как само это лицо или его родственники, так и иные лица, кому эта кровная месть объявлена.

Предлог для убийства здесь может быть самым различным:

  • неправомерные действия потерпевшего или иных лиц (хотя эти действия могут быть и правомерными);
  • неугодные для виновного решения или поведение властей, когда потерпевший своей национальной принадлежностью, отождествляется с ними, и другие, порой самые незначительные поводы.

В отличие от так называемого «простого» убийства из мести при убийстве по мотиву кровной мести виновный руководствуется не столько чувством личной неприязни к потерпевшему, сколько стремлением соблюсти обычай, дабы не подвергнуть позору себя и свой род.

4 стр., 1836 слов

Убийство в состоянии аффекта

... возбуждением всей психической деятельности. В результате этого у лица происходит снижение контроля над своим поведением. Данное обстоятельство приводит к тому, что совершение преступления в состоянии аффекта влечет за собой специфические ...

Субъектом этого преступления может быть только лицо, принадлежащее к этнической группе, где кровная месть является обычаем. Место совершения преступления значения для квалификации не имеет.

Убийство с целью использования органов или тканей потерпевшего (п. «м» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

На территории России имеются коммерческие организации, занимающиеся приобретением и сбытом человеческих органов и тканей. Источниками их приобретения могут быть неправомерные действия, в том числе и убийства. Изъятие органов или тканей убитого возможно и для любого последующего использования, не исключая каннибализма или ритуальных действий на почве суеверия.

Обязательным признаком при квалификации действий виновного лица должно быть нарушение им законодательства РФ «О трансплантации органов и (или) тканей человека» от 22 декабря 1992 года. Если при этом мотивация виновного включает и корыстные побуждения, то содеянное должно квалифицироваться также по п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ.

3.3 Привилегированные виды убийств

В действующей редакции УК РФ система составов привилегированных убийств приобрела законченный вид и выглядит следующим образом:

  • а) Убийство матерью новорожденного ребенка (ст. 106 УК РФ);
  • б) Убийство в состоянии аффекта (ст. 107 УК РФ);
  • в) Убийство при превышении пределов необходимой обороны (ч.1 ст.108 УК РФ);
  • г) Убийство при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление (ч.

2 ст. 108 УК РФ).

Убийство матерью новорожденного ребенка (детоубийство) (ст. 106 УК РФ).

Убийство матерью новорожденного ребенка впервые в российском законодательстве выделено в самостоятельный привилегированный состав убийства. По дореволюционному законодательству наказание смягчалось лишь при убийстве внебрачного («незаконнорожденного») ребенка.

В иных случаях убийство сына или дочери («чадоубийство») рассматривалось как квалифицированный вид преступления, равно как убийство отца, матери или иного родственника по восходящей или нисходящей линии.

Исполнителем преступления, предусмотренного ст.106 УК РФ, может быть только мать новорожденного ребенка. В качестве подстрекателя или пособника может выступать другое лицо (отец ребенка, акушерка).

Действия такого лица квалифицируются по общему правилу о квалификации соучастия в преступлении со специальным субъектом, т.е. по ст. 33 и ст. 106 УК РФ. Напротив, убийство новорожденного, совершенное другим лицом даже с согласия и по просьбе матери, квалифицируется по ч. 1 или ч. 2 ст. 105 УК РФ.

В статье 106 УК РФ предусмотрено две ситуации.

Первая ситуация — убийство матерью новорожденного ребенка во время или сразу же после родов — не обязательно связывается с каким-либо психическим расстройством матери. Практика знает немало случаев, когда такое убийство совершается расчетливо и хладнокровно, планируется и готовится заранее, нередко из-за нежелания подвергать себя операции аборта.

Важно установить, что убийство укладывается в определенный законом промежуток времени («во время или сразу после родов»).

8 стр., 3634 слов

Необходимая оборона, понятие, признаки, условия правомерности

... данной работы является рассмотрение института необходимой обороны, её понятие, признаки необходимой обороны, а так же, что более важно, рассмотрим условия правомерности применения необходимой обороны. Документально положение о необходимой обороне закреплено в общей части уголовного ...

Смягчение законодателем ответственности может быть объяснено тем, что в этот период женщина не всегда в состоянии воспринимать рождающегося человека как самостоятельное живое существо, продолжает видеть в нем свой плод, ощущать его как источник боли и страданий.

Вторая ситуация — убийство матерью новорожденного ребенка в условиях психотравмирующей обстановки или психического расстройства, не исключающего вменяемости, — напротив, не связывает ответственность со столь узким промежутком времени.

Психотравмирующая обстановка может возникнуть до родов, во время родов или некоторое время спустя.

Роды сами по себе, необходимость заботиться о новорожденном, семейные и бытовые неурядицы — все это в совокупности может оказаться непосильной нагрузкой для психики матери, особенно в первое время. Возможно и психическое расстройство, не исключающее вменяемости (ст. 22 УК РФ).

В данном случае состояние влияет и на квалификацию преступления.

Небольшое изменение, внесенное в окончательную редакцию нормы при последнем голосовании проекта (слова «а равно» перед второй частью фразы), существенно расширило ее содержание, разорвав связь между моментом родов и психическим состоянием матери.

Убийство, совершенное в состоянии аффекта (ст. 107 УК РФ).

Смягчение ответственности за данный вид убийства обусловлено двумя обстоятельствами:

  • во-первых, виновный действует в особом психическом состоянии — в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения или аффекта (закон употребляет эти понятия как равнозначные);
  • во-вторых, провоцирующим характером поведения потерпевшего, который своими действиями приводит виновного в состояние аффекта и вызывает у него намерение совершить убийство.

Только сочетание названных двух обстоятельств в каждом конкретном случае дает основание для применения ст. 107 УК РФ.

Аффект — особое психическое состояние человека, которое характеризуется кратковременностью и бурным развитием, сильным и глубоким эмоциональным переживанием, ярким внешним проявлением, сужением сознания и снижением контроля над своими действиями.

Сильное душевное волнение не считается болезненным расстройством психики и не рассматривается как медицинский критерий невменяемости.

Поэтому его иногда называют физиологическим аффектом в отличие от патологического аффекта, когда в результате сильного переживания происходит полное отключение сознания, что исключает вменяемость.

Физиологический аффект не лишает человека способности сознавать свои действия, но значительно затрудняет самоконтроль и критическую оценку принимаемых решений. Поэтому для применения ст. 107 УК РФ недостаточно сослаться на провоцирующий характер поведения жертвы, необходимо установить состояние аффекта виновного. Следственные органы не всегда уделяют внимание оценке состояния виновного и не мотивируют свой вывод о наличии аффекта. Обычно суд самостоятельно оценивает душевное состояние виновного по обстоятельствам дела, но в сложных ситуациях возможно назначение психологической либо (при наличии сомнений относительно вменяемости) комплексной психолого-психиатрической экспертизы.

12 стр., 5871 слов

Воинские преступления

... нарушение запрета совершать преступления. преступление военнослужащий наказание 1.2 Понятие состава преступления против военной службы А. Н. Общее Признаки состава преступления против военной службы подразделяются ... 1. Понятие и состав преступления 1.1 Понятие преступления против военной службы В истории отечественного уголовного права понятие преступления против военной службы прошло определенные ...

Смягчающее значение придается в ст. 107 УК РФ только внезапно возникшему сильному душевному волнению, что определяет и внезапность возникновения умысла на убийство, и немедленную его реализацию.

Если между провоцирующим поступком потерпевшего и причинением ему смерти проходит значительный промежуток времени, в течение которого виновный обдумывает и готовит убийство, то ст.107 УК РФ не применяется.

Незначительный разрыв во времени между противозаконными действиями потерпевшего и убийством не исключает квалификацию содеянного по ст.107 УК РФ. Возможна ситуация, когда сильное душевное волнение возникает не в период совершения потерпевшим противозаконных действий, а в тот момент, когда виновному стало известно об этих действиях. Так, суд установил наличие признаков ст.107 УК РФ в действиях матери, узнавшей от дочери о том, что она несколько лет назад была изнасилована отчимом, и в состоянии сильного душевного волнения совершившей убийство мужа.

Для квалификации убийства по ст.107 УК РФ необходимо установить, что причиной сильного душевного волнения (аффекта) явились определенные действия потерпевшего. К ним закон относит альтернативно: а) насилие; б) издевательство; в) тяжкое оскорбление; г) иные противоправные или аморальные действия (бездействие) потерпевшего.

Насилие может заключаться в нанесении ударов, побоев, ранений и тому подобных действий, вызвавших состояние сильного душевного волнения.

Если лицо, совершая убийство в состоянии аффекта, осуществляет свое право на необходимую оборону, то оно либо освобождается от уголовной ответственности на основании ст.37 УК РФ, либо отвечает за убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны (ч.1 ст.108 УК РФ).

В связи с тем, что закон не конкретизирует вид насилия, то надо полагать, что аффект может быть вызван и психическим насилием. Практика и доктрина уголовного права исходят из того, что насилие должно носить противоправный характер. Если насильственные действия были применены потерпевшим правомерно, ст.107 УК РФ не может быть применена.

Под тяжким оскорблением принято понимать особо грубое унижение чести и достоинства человека, которое можно считать достаточной причиной для возникновения аффекта. При оценке тяжести оскорбления необходимо руководствоваться общепринятыми нормами морали, но учитывать и индивидуальные особенности личности самого виновного, реальное наличие аффекта. Издевательство может выражаться также в насильственных или оскорбительных действиях, отличающихся особым цинизмом или продолжительностью.

Действующая редакция нормы допускает постепенное нагнетание психотравмирующей ситуации, вызванной противоправным или аморальным поведением потерпевшего. Судебная и экспертная практика и ранее сталкивалась с таким явлением, когда аффект возникал в результате переполнения «чаши терпения» у лица, длительное время подвергавшегося оскорблениям и издевательствам. Отсутствие прямого указания в законе затрудняло правильное решение вопроса о достаточном поводе для сильного душевного волнения в этих случаях. Некоторые суды ошибочно полагали, что при наличии постоянных и систематических ссор, затяжного конфликта внезапность сильного душевного волнения не может иметь места.

Психотравмирующая ситуация учитывается как смягчающее обстоятельство, если она вызвана противоправным или аморальным поведением потерпевшего. Обычно аффект возникает, когда насилие или другие противоправные действия потерпевшего были направлены против виновного или его близких. Тем не менее, не исключается возможность такой реакции на аналогичные действия в отношении других лиц.

В действующем Уголовном кодексе перечень «законных» поводов для аффекта безмерно расширен, включая любые противоправные и просто аморальные действия. Это обстоятельство, а также отсутствие в ст. 107 УК РФ указания на то, что противоправные или аморальные действия потерпевшего «могли повлечь тяжкие последствия для виновного или его близких», свидетельствуют о придании законодателем более важного значения состоянию аффекта у виновного, независимо от того, какие и для кого могли наступить последствия от действий потерпевшего.

Часть 2 ст. 107 УК РФ впервые устанавливает повышенную ответственность за убийство двух или более лиц, совершенное в состоянии аффекта.

Эта норма применяется, если причиной аффекта явилось противоправное поведение двух или более лиц, ставших жертвами убийства.

В иных случаях, когда виновный в состоянии аффекта причиняет смерть не только обидчику, но и другим лицам (растекание повода), содеянное не может квалифицироваться по ч. 2 ст. 107 УК РФ, так как отсутствует такое основание для применения привилегированной нормы, как провоцирующее и противоправное поведение потерпевших. В отношении других отягчающих обстоятельств, названных в ч. 2 ст. 105 УК РФ, действует разъяснение Пленума Верховного Суда РФ, данное в постановлении от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)», о том, что убийство, совершенное в состоянии сильного душевного волнения, не должно квалифицироваться как совершенное при отягчающих обстоятельствах.

Убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны (ч. 1 ст. 108 УК РФ).

Привилегированный состав убийства, предусмотренный ч. 1 ст. 108 УК РФ, является традиционным для российского уголовного законодательства.

В составе данного преступления сочетаются признаки убийства (ч. 1 ст. 105 УК РФ) и признаки превышения пределов необходимой обороны (ч.3 ст.37 УК РФ), рассматриваемые в Общей части уголовного права.

Для квалификации убийства по ч.1 ст.108 УК РФ, прежде всего, следует установить, что виновный находился в состоянии необходимой обороны, т.е. причинена смерть посягающему лицу при защите личности и своих собственных прав или прав другого лица или законных интересов общества или государства. При этом должны быть соблюдены условия правомерности необходимой обороны, относящиеся к нападению (оно должно быть общественно опасным и наличным), но нарушено условие, относящееся к защите (допущено превышение пределов необходимой обороны).

В силу указаний закона и с учетом судебной практики последних лет по ч.1 ст.108 УК РФ может квалифицироваться убийство, если обороняющийся сознательно прибегнул к защите такими средствами и способами, которые явно не вызывались ни характером нападения, ни реальной обстановкой, и без необходимости умышленно причинил нападающему смерть.

Неосторожное причинение смерти посягающему при отражении общественно опасного (преступного) посягательства не влечет уголовной ответственности. Это вытекает из текста статьи, где говорится об убийстве, т.е. умышленном причинении смерти.

Прежнее законодательство не было столь определенным.

Практика показала, что при необходимой обороне в принципе возможно причинение смерти по неосторожности. Но оно не выходит за рамки правомерной защиты путем причинения вреда нападающему и не свидетельствует о явном несоответствии защиты посягательству.

Убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны, необходимо отграничивать, с одной стороны, от правомерного лишения жизни посягающего (ч. 1 ст. 37 УК РФ), с другой — от умышленного убийства вне состояния необходимой обороны.

При решении вопроса о наличии или отсутствии признаков превышения пределов необходимой обороны нельзя механически исходить из требования о соответствии средств и способов защиты от нападения. Такое соответствие едва ли возможно, ибо для успешного отражения нападения его надо преодолеть, применив более интенсивные методы. Необходимо учитывать характер угрожавшей опасности, силы и возможности обороняющегося по отражению посягательства (количество нападающих и обороняющихся, их возраст, физическое состояние, вооруженность, место и время посягательства и т.д..

Все должно оцениваться в совокупности. В частности, нет оснований, отграничивать возможность лишения жизни нападающего только теми ситуациями, когда нападение было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица. Не будет превышения пределов необходимой обороны, если женщина, защищаясь от группы насильников, применит оружие и причинит смерть кому-либо из нападавших.

Действия обороняющегося нельзя рассматривать как совершенные с превышением пределов необходимой обороны и в том случае, когда причиненный вред оказался большим, чем предотвращенный и тот, который был достаточен для предотвращения нападения, если при этом не было допущено явного несоответствия защиты характеру и опасности посягательства.

Нельзя признать правильной практику, когда причинение посягавшему смерти квалифицируется как убийство при превышении пределов необходимой обороны без указания на то, в чем заключалось превышение.

Если для виновного было очевидно, что нападение прекращено, то ч. 1 ст. 108 УК РФ не применяется. Причинение смерти в таком случае, в зависимости от обстоятельств дела, квалифицируется либо как убийство из мести, либо как убийство в состоянии аффекта, либо по ч. 2 ст. 108 УК РФ.

Для разграничения этих преступлений важно установить не только сам факт прекращения посягательства, но и осознание этого обстоятельства обороняющимся, который в силу обстановки нападения и своего психического состояния может и неправильно определить данный момент.

«По смыслу закона состояние необходимой обороны может иметь место и тогда, когда защита последовала непосредственно за актом посягательства и когда для оборонявшегося не был ясен момент его окончания. Переход оружия от посягавшего к обороняющемуся сам по себе не может свидетельствовать об окончании посягательства.

Причинение смерти при «мнимой обороне», когда лицо добросовестно заблуждалось, полагая, что оно подвергается нападению, хотя нападения в действительности не было либо оно прекращено, по общим правилам об ошибке не должно влечь ответственности. Тем не менее, если при этом лицо превысило пределы защиты, допустимой в условиях соответствующего реального посягательства, оно подлежит ответственности по ч. 1 ст. 108 УК РФ.

Убийство, совершенное при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление (ч.2 ст.108 УК).

В ч. 2 ст. 108 УК РФ законодателем вновь установлена специальная норма об ответственности при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление.

Условия правомерности причинения вреда задержанному и понятие «превышение мер», необходимых для задержания, установлены ст. 38 УК РФ.

Если задержание происходит, когда лицо продолжает начатое посягательство или оказывает сопротивление, то причинение ему смерти является либо необходимой обороной, либо превышением ее пределов. Задержание лица после окончания преступного посягательства с его стороны либо в иной ситуации (например, при побеге) необходимой обороной не является.

В тоже время, убийство лица при его задержании следует отграничивать от убийства из мести, представляющего собой акт самочинной расправы. Самоуправное лишение жизни человека, даже совершившего тяжкое преступление, противоречит ст. 20 Конституции Российской Федерации.

Как видно из текста ст. 38 УК РФ, одной из целей задержания, является «доставление лица, совершившего преступление, органам власти». Убийство задерживаемого однозначно исключает достижение этой цели. Поэтому данное убийство может квалифицироваться по ч. 2 ст. 108 УК РФ лишь в случае совершения его с косвенным умыслом, когда виновный не желал, но сознательно допускал причинение смерти задерживаемому.

Другой легальной целью причинения вреда задерживаемому, согласно ст. 38 УК РФ, является «пресечение возможности совершения им новых преступлений». Вывод о возможности совершения новых преступлений должен основываться на реальных фактах, а не на предположениях.

Какова бы ни была цель задержания, причинение вреда задерживаемому не служит обстоятельством, исключающим преступность деяния, если имелась возможность задержать лицо иными средствами. Об этом прямо говорится в ч.1 ст.38 УК РФ. При наличии такой возможности причинение смерти задерживаемому является неправомерным и не должно рассматриваться как «превышение мер, необходимых для задержания». Если лицо не оказывает сопротивления и не пытается скрыться, умышленное причинение ему смерти недопустимо и квалифицируется либо как убийство по ч. 1 или ч. 2 ст. 105 УК РФ, либо как убийство, совершенное в состоянии аффекта, — по ст. 107 УК РФ.

В последнее время в общественном мнении распространяется снисходительное отношение к самосудам как вынужденной мере, обусловленной якобы недостаточной жесткостью и недостаточной оперативностью мер, применяемых государством по отношению к правонарушителям.

Средства массовой информации иногда в позитивном свете преподносят факты самочинных расправ над пойманными на месте преступления огородными или квартирными ворами.

Не следует трактовать положение ч. 2 ст. 108 УК РФ как поощрение подобных взглядов. Статья 2 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод гласит: «Право каждого лица на жизнь охраняется законом. Никто не может быть намеренно лишен жизни иначе как во исполнение смертного приговора, вынесенного судом за совершение преступления, в отношении которого законом предусмотрено такое наказание».

Других привилегированных видов убийства, кроме перечисленных выше, Уголовный кодекс РФ не знает. Дальнейшее увеличение их числа, по-видимому, нецелесообразно, поскольку неизбежно привело бы к противоречию с одной из основополагающих концепций нашего уголовного законодательства, признающего жизнь человека высшей социальной ценностью.

В ст. 106 предложенного проекта УК РФ, принятого Государственной Думой в первом чтении, признаки соответствующего состава преступления были сформулированы следующим образом: «Лишение жизни из сострадания к потерпевшему (эвтаназия) в связи с его тяжелой неизлечимой болезнью и (или) непереносимыми физическими страданиями при условии его добровольного на то волеизъявления».

В окончательной редакции Уголовного кодекса 1996 года эта норма не сохранилась. Очевидно то, что расширение перечня привилегированных составов убийства нежелательно само по себе. Вызывает сомнение и возможность точного применения данной нормы ввиду преобладания оценочных и субъективных признаков. Еще в 1922 году, выступая на сессии ВЦИК по вопросу об отмене примечания к ст. 143 УК РСФСР, народный комиссар юстиции Н.В. Крыленко отмечал: «Можно доказать факт настояния (практика дала пример составления в этих видах даже засвидетельствованного протокола), но нельзя проверить факта сострадания».

Действительно, опровергнуть ссылку виновного на мотив сострадания, который согласно п. «д» ст. 61 УК РФ относится к числу смягчающих обстоятельств, иногда бывает не просто.

Подлинность волеизъявления (будь то согласие, просьба, настояние или категорическое требование) тоже может быть подвергнута сомнению. К тому же такое волеизъявление иногда является реакцией на сиюминутную ситуацию (острый приступ боли) и не носит устойчивого характера. Истории известно, как много лиц, желавших покончить с собой, после неудачной попытки суицида отказывались от своего намерения.

Эвтаназию нельзя оправдывать ссылкой на естественное право человека распорядиться своей жизнью. Это право юридически неоспоримо, если отвлечься от этических, моральных и религиозных норм.

Тем не менее, оно не может быть делегировано ни врачу, ни близким родственникам, ни иным лицам. Никто не вправе приводить в исполнение смертный приговор, вынесенный человеком самому себе. Определенно то, что эвтаназия — тоже убийство.

Смягчающие же обстоятельства такого убийства, включая мотивы, если они действительно имели место, могут быть учтены при выборе наказания.

Таким образом, наше исследование и анализ следственной и судебной практики показывает, что есть основания отметить некоторые чаще всего, встречающиеся обстоятельства, отягчающие или смягчающие убийство, в сочетании с обстоятельствами, характерными для применения ч.1 ст.105 УК РФ.

Например, ревность с хулиганскими побуждениями, а также состоянием аффекта; месть на почве личных отношений с хулиганскими побуждениями, кровной местью, а также состоянием аффекта либо превышением пределов необходимой обороны; ссора или драка с хулиганскими побуждениями и особой жестокостью, а также состоянием аффекта либо превышением пределов необходимой обороны.

Чаще всего именно в этих случаях допускаются ошибки при разграничении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105 УК РФ, с одной стороны, и ч. 2 ст. 105 УК РФ, ст. 107 и ч. 1 ст. 108 УК РФ — с другой.

Изучение судебной практики по делам об убийствах показывает, что далеко не все приговоры судов оказываются справедливыми.

Это видимо, связано и со сложностью ситуаций, в которых совершаются преступления, и с неполнотой собранных на предварительном следствии и в судебных заседаниях доказательств, и с недостаточной квалификацией и подготовленностью специалистов для рассмотрения такого рода дел, что в совокупности порождает проблемы в квалификации и в отграничении убийств от смежных составов преступлений.

Заключение

Конституция РФ предоставляет гражданам России весьма широкий круг прав и свобод. Однако для их реализации требуется система серьезных гарантий. Последние весьма разнообразны по своей природе и содержанию: экономические, политические, социальные и т.д. Немаловажная роль в этой системе принадлежит юридическим (правовым) гарантиям. На обеспечение прав и свобод личности направлены нормы всех отраслей права: конституционного, гражданского, трудового и т.д. Но особое место отводится нормам уголовного законодательства, поскольку именно они охраняют права и свободы гражданина от наиболее серьезных посягательств, оказывающих на них наиболее глубокое негативное воздействие.

Статья 2 УК РФ первоочередной задачей уголовного закона провозглашает охрану прав и свобод человека и гражданина. В связи с этим он содержит обширную систему норм, направленных на борьбу с многочисленными посягательствами на основные неотъемлемые блага, права и свободы личности: жизнь, здоровье, честь, достоинство, личную свободу и т.д. Все эти нормы объединены в разд. VII УК РФ «Преступления против личности».

Статья 105 нового УК состоит из двух частей. В ч. 1 речь идет об убийстве без отягчающих и без смягчающих обстоятельств, т. е. о так называемом простом убийстве. В ч. 2 указаны обстоятельства, отягчающие убийство. В УК РСФСР эти виды убийства были в самостоятельных статьях, причем статья об убийстве при отягчающих обстоятельствах предшествовала статье об убийстве, совершенном без отягчающих обстоятельств.

Выдвижение этой группы преступлений на первое место соответствует важнейшей концептуальной идее, положенной в основу реформы уголовного законодательства, а именно — приоритетной охране жизни и здоровья человека, его прав, свобод и законных интересов. Сама по себе эта концепция основывается на положениях Конституции РФ, провозгласившей: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства». О приоритетной защите указанных благ говорится также во многих международных актах.

Приоритетная защита личности, и, прежде всего жизни и здоровья человека, выражается в Уголовном кодексе РФ не только в изменении расположения раздела о преступлениях против личности, но и в других его особенностях:

1) установление (сохранение) высоких санкций за наиболее опасные преступления против личности;

2) учет при разработке системы санкций насильственного способа совершения преступлений (наиболее наглядно это проявляется в санкциях за преступления против собственности);

3) при использовании в качестве криминообразующего или квалифицирующего признака тяжких последствий, они раскрываются в законе путем указания в первую очередь на причинение смерти или вреда здоровью человека (особенно это заметно в транспортных, экологических и других преступлениях против общественной безопасности);

4) осуществление защиты личной собственности наравне с государственной и иными формами собственности. Этой же идее служит расширение круга правоохраняемых интересов, охватываемых понятием «личность».

Среди индивидуальных благ личности важнейшими являются жизнь. Поэтому преступления против жизни помещены на самое первое место. Число этих составов относительно невелико.

Список использованных источников

[Электронный ресурс]//URL: https://pravsob.ru/kursovaya/ugolovnoe-pravo-statya/

1. Конституция Российской Федерации, принята 12 декабря 1993 года

2. Уголовный Кодекс Российской Федерации

3. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: научно-практический комментарий под ред. В.М. Лебедева. М., 2014. — 536с.

4. Рыжаков А.П. Комментарий к постановлениям Пленумов Верховных Судов РФ (РСФСР) по уголовным делам. — СПС «Гарант». — 2012 г.

5. Борзенков Г. Особенности квалификации убийства при конкуренции или сочетании различных квалифицирующих признаков // Уголовное право. 2011 г., № 5., с. 7-11.

6. Воронин Е.К. О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных ст.105 УК РФ // Законность. — 2010 №3.- С.20-23.

7. Кабурнеев Э.В. Особенности дифференциации и квалификации убийств, совершённых с отягчающими обстоятельствами // «Юридический мир» № 2, 2009 г., с. 28-35.

8. Калайков С.С. Уголовная ответственность за убийство. Учебное пособие // Allpravo.Ru. — 2010.

9. Антонян, Ю.М. Убийства ради убийства [Текст] / Ю.М. Антонян. — М.: Юридическая литература, 2008. — 412с.

10. Базаров, Р.А. Реализация сотрудниками милиции уголовно-правовых норм, исключающих преступность деяния [Текст] / Р.А. Базаров, Ю.Н. Демидов. — Челябинск, 2009.

11. Базаров, Р.А. Уголовно-правовая характеристика преступлений против жизни / Р.А. Базаров. — Челябинск: ЮУКИ, 2008. — 221с.

12. Барихин, А.Б. Большой юридический энциклопедический словарь Б.А. Барихин. — М.: Книжный мир, 2010. — 465с.

13. Бородин, С.В. Преступления против жизни / С.В. Бородин. — М.: Статут, 2007. — 442с.

14. Загородников, Н.И. Преступления против жизни по советскому уголовному праву / Н.И. Загородников. — М.: Юридическая литература, 2000. — 384с.

15. Кадшков, Н.Г. Квалификация преступлений и вопросы судебного толкования: учебное пособие / Н.Г. Кадшков. — М.: Норма, 2013. — 268с.

16. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. Зуйко В.И. — М.: ЮДЮ, 2008. — 912с.

17. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. В.И. Радченко. — М.: Норма, 2011. — 864с.

18. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева. — М.: Инфра-М-Норма, 2012. — 882с.

19. Кузнецова, Н.Ф. Проблемы квалификации преступлений / Н.Ф. Кузнецова. — М.: Городец, 2007. — 336с.

20. Кудрявцев, В.Н. Объективная сторона преступления / В.Н. Кудрявцев. — М..: Дашков и Ко, 2011. — 348с.

21. Лоскутов, В.А. История уголовного законодательства России / В.А. Лоскутов. — М.: Дашков и Ко, 2008. — 414с.

22. Преступность и реформы в России / Под ред. А.И. Долговой. — М.: Криминологическая Ассоциация, 2008. — 408 с.

23. Преступность, статистика, закон / Под ред. А.И. Долговой. -М.: Криминологическая Ассоциация, 2007. — 224 с.

24. Судебная практика к Уголовному кодексу РФ / Под ред. В.М. Лебедева. — М.: Норма, 2012. — 468с.

25. Судебная практика к уголовным делам / Под ред. В.М. Лебедева. — М.: Статут, 2011. — 510с.

26. Судебная практика к Уголовному кодексу Российской Федерации / Сост. С.В. Бородин, А.И. Трусова; Под общ. ред. В.М. Лебедева. — М.: Спарк, 2008. — 492с.